SIAC

Каждый Человек значим, уникален, необходим и незаменим
12/13/17 13:14:41
 
Главная arrow Аналитические материалы arrow КАКОЙ ЛИДЕР НУЖЕН УКРАИНЕ
 
 
Главное меню
Главная
О нас
Проекты
Документы
Статьи
Аналитические материалы
Это любопытно
Контакты
Партнеры
Видео материалы
Аналитические материалы
ПОДГОТОВИТЕЛЬНЫЙ ПЕРИОД ВООРУЖЁННОЙ ФАЗЫ ВОЙНЫ
 
Статьи
ПОЧТИ ВИРТУАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ
 
Это любопытно
НОВЫЙ НОСИТЕЛЬ ЭКВИВАЛЕНТЕН МИЛЛИОНУ CD
 
Ссылки
Лучшие стоматологические клиники Киева исправят любой зубной дефект.

КАКОЙ ЛИДЕР НУЖЕН УКРАИНЕ?
Или какие участники необходимы новому ДВИЖЕНИЮ

 

Когда к публичной славе тянет личность, 
То всей своей судьбой по совокупности 
Персона эта платит за публичность 
Публичной репутацией доступности. 
(Игорь Губерман "Иерусалимские гарики") 

 

Трудности, с которыми Украина сталкивается, потери, которые она постоянно несет, естественно порождают неизбежный традиционный вопрос, к которому и сводятся для многих все современные сложности и проблемы: кто виноват? В глазах одних — виноваты коммунисты, в глазах других — «демократы», а то еще — Международный валютный фонд или же, наоборот, происки великого северного соседа. И вроде бы каждый из называемых факторов действительно «имеет место».
А ежели надобно подыскать совершенно конкретного злоумышленника, так всегда есть фигура для битья: первое лицо, лидер, «вождь» (он не тот; он подвел; он не туда повел; он предал; он продал и т.д.). Такой испытанный ход патриотической мысли очень удобен тем, что приятно облегчает задачу раскрытия причин национальных катастроф: всегда можно предъявлять претензии не только к себе и своим согражданам, а даже к Хмельницкому, Мазепе, Грушевскому, Винниченко, Скрыпнику, Кравчуку, Кучме... (кто следующий?)... и вообще не утруждать себя погружением в неприятные материи, касающиеся состояния украинского общества, уровня национального самосознания и политической культуры, позиции различных общественных групп. Перед лицом неурядиц возрастает спрос на «настоящего» вождя. В некоторых газетах прямо вопль стоит: «Моисея!» Дайте Моисея — и баста! Чтоб сорок лет выводил по пустыне библейской, пока повымрем и тем обновимся. И не возникает вопрос: а станет ли народ сорок лет волочиться за самозванцем. Да и то: на протяжении XX столетия Моисеи в разных концах света такого понатворили, что не одному человеческому поколению доводится расхлебывать. 
 Конечно же, и лидеры нужны, и личные качества лидеров имеют огромное значение. Но, как сказал когда-то поэт, воспевая самого моисеистого Моисея XX столетия: «Народ достоин своего вождя, а вождь достоин своего народа». Так что и восторги, и претензии, и проклятия тут могут быть (и бывают) взаимными. 
                Однако, разумеется, всеобщую вину не распределишь поровну. Одно дело — пенсионер, ограбленный государством или очередным «трастом», другое — руководитель государства и его ближайшее окружение или этот самый очередной «трастовик», немного поразбойничавший на большой дороге и улизнувший для цивилизованной жизни в далекие цивилизованные края. 
По мере приближения парламентских (2002 г.) и новых президентских выборов (2004 г.), хотя все может произойти и гораздо раньше, не только политическая элита, но и представители общественно-политических сил, и простые граждане пристально вглядываются в ведущих украинских политиков, намеревающихся взойти на вершину политического Олимпа. Политические и экономические ставки в этой «архисложной игре» слишком высоки, а значит - огромно желание досконально разобраться в том, кто из политиков в наибольшей мере отвечает требованиям времени, способен осуществить масштабные задачи, стоящие перед страной. К решающим баталиям необходимо готовиться уже сегодня, времени не так много.
                Политическое портретирование - одна из наиболее древних и в то же время наиболее молодых сфер научных исследований. Люди, внесшие заметный вклад в историю, всегда вызывали интерес у своих современников и потомков. И этот интерес никогда не ограничивался только тем, что они делали на политической и общественной арене. Известный деятель всегда привлекает внимание именно как личность - всем своим психоэмоциональным, нравственным и интеллектуальным обликом, мотивами действий, прозрениями и просчетами. Жанр исторической биографии со времен Плутарха - едва ли не самый популярный в историографии.
                Психология политиков - это и совсем новая, переживающая еще младенческий период область знаний. Первые попытки применить к исследованию их личностей понятийный аппарат и методы психологической науки относятся ко второй половине нашего века. В этом сказались и относительная молодость самой психологической науки, и совсем недавнее ее “вторжение” в сферу политики. Сегодня не имеет смысла рассуждать о сравнительных достоинствах традиционных (в частности, художественных и научно-исторических) и новых (научно-психологических) форм и методов. Правильнее говорить о своеобразном “разделении труда” и взаимодополнении. 
                Целью исследования является выделение основных категориальных структур, сквозь призму которых анализируются политически активные субъекты, способных послужить в качестве концептуальных формул разработки политического портрета. 
                Для систематизации исследовательских усилий политических психологов-аналитиков представляется оправданным отделить “внешние” условия, которые воздействуют на формирование и деятельность лидера, от его собственных “внутренних” психологических характеристик и поведения. Таким образом, в описании феномена политического лидерства мы выделяем макро- и микро-уровни: 
                Макро-уровень - ситуационные факторы, представленные процессами и явлениями, в которые политик оказывается вовлеченным (втянутым) "волею судьбы". Они развиваются как бы помимо самого "носителя", то выталкивая его на вершины власти, то низвергая в пучину исторического "небытия";  Микро-уровень - это область исследования, связанная с личностью политика, спецификой его деятельности, а также оценкой его профессионального и статусно-ролевого потенциала.
 
МАКРО-УРОВЕНЬ ИССЛЕДОВАНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО ЛИДЕРА 
Взаимодействие исторических ситуаций и психологических свойств политических лидеров - сфера увлекательных междисциплинарных исторических и психолого-политологических исследований. Значение ее определяется тем, что, как считают сегодня многие профессиональные социальные и политические психологи, именно ситуационные факторы являются решающими в возвышении деятелей с определенными психологическими характеристиками на роль лидеров. В наше время фундаментально ошибочной признается склонность ряда исследователей лидерства рассуждать об исторических личностях, не учитывая в достаточной мере внешние детерминанты их поведения. 
                По мнению Л. Росса, такие исследователи впадают в тот же грех персонификации общественных явлений, который присущ массовому сознанию (27; 173-220). Известный американский политический психолог Д.К.Саймонтон цитирует в этой связи философско-исторический эпилог “Войны и мира” Л.Н. Толстого и его знаменитую уничижительную характеристику исторической роли Наполеона. Излагая результаты собственных исследований факторов, определивших сравнительные масштабы исторической роли 342 европейских монархов средневековья и нового времени, а также американских президентов, Саймонтон приходит к выводу о значительном перевесе ситуационных факторов над личностными. В свете этих исследований теория Л. Н. Толстого не вызывает, по его мнению, серьезных оговорок (28; 681-684). 
                Из приведенных утверждений следует, что, приступая к составлению политического портрета, психолог не вправе упускать из виду ситуационную компоненту - социально-исторический и социально-политический контекст деятельности исследуемого политического лидера. К наиболее значимым факторам можно отнести следующие. 
                А. Политический строй.
К числу ситуационных факторов, воздействующих на сознание и деятельность лидера, в первую очередь должны быть отнесены характер политического строя и политическая культура данной страны. В условиях авторитарного режима действуют совершенно иные принципы и механизмы формирования политической элиты, чем в странах с развитой представительной демократией. Политическая культура и политическая система задают, в свою очередь, тот минимальный набор психологических характеристик, которые обеспечивают восхождение человека на вершину власти. 
                Потенциальный национальный лидер в демократической стране должен уметь завоевывать популярность и доверие в широких массах населения, особенно среди членов и сторонников той партии, которую он возглавляет. В большинстве экономически и политически отсталых стран, где формальный политический плюрализм и соперничество на выборах сочетаются с силовой борьбой политических группировок, для претендента на власть важны качества, обеспечивающие лидерство в “своей” группе и ее победу в такой борьбе, в частности способность не стесняться в выборе средств и свобода от моральных ограничений. Эта ситуация во многом напоминает условия завоевания власти в античных городах-государствах и феодальных монархиях, когда там происходила борьба за престолонаследие и насильственное устранение предшественника. 
                Политическая система влияет на психологию лидера и посредством тех нормативных предписаний, которые присутствуют в культуре страны и образуют труднопреодолимые границы выбора им методов своих действий. Речь идет о “правилах игры”, которые социологи называют “нормы-рамки” и которые в той или иной мере интроецируются политиками, становятся органическими компонентами их убеждений. Так, в условиях современных развитых демократий крайне трудно представить себе западного политического лидера, которому пришло бы в голову вопреки конституции разогнать парламент или использовать полицейские и воинские части в борьбе с легальной политической оппозицией. Тем не менее, подобные факты не столь уж редки на пространстве СНГ. 
                Б. Национально-историческая ситуация.
Фундаментальные особенности политической системы - далеко не единственный объективный фактор, воздействующий на психологию лидеров. Конкретный характер этого воздействия во многом определяется состоянием системы, конкретной фазой ее исторического бытия . От этих параметров исторической ситуации зависят, в частности, такие значимые моменты, как “политический климат”, в котором осуществляется политический старт лидера, его предшествующий политический опыт, способы, которыми он достиг своего положения. 
                Ситуационные состояния общественно-политической системы можно подразделить на следующие фазы:
1)            становление системы;
2)            ее устойчивая, поступательная эволюция;
3)            стагнация, которая сопровождается дисфункциональными, кризисными явлениями;
4)            состояние ситуационного кризиса, вызванное усложнением конкретных проблем внутренней или внешней политики, угрожающим стабильности системы;
5)            общий кризис системы, выражающийся в ее необратимой дестабилизации (3; 214). Каждая из этих фаз предъявляет специфический “социальный заказ” на лидеров по принципу “нужный человек в нужное время”. 
В результате сопоставления ситуационных характеристик состояния социально-политической системы и личностных качеств политического лидера определяется конгруэнтность индивидуальной судьбы политика исторической судьбе той социальной общности, которую он представляет. 
В реальном времени для такой оценки необходимо хронологически и содержательно соотнести ключевые, знаковые события политической и общественной жизни государства и основные вехи политической биографии исследуемого лидера. При этом важно прояснить, в какой степени вектор деятельности данного человека содержательно совпадает с направлением разворачивающихся событий и явлений. Интерес представляют те из них, которые определяют характер времени, основную направленность потока событий (к примеру, на определенном этапе современной российской истории стержнем политики реформ стала приватизация). 
Предлагаемая материалы должны выявлять знаковость описываемой политической фигуры. По сути, она определяется тем, какие властные силы политик олицетворяет и идеологически репрезентирует (например, Чубайс - знаковая фигура российской приватизации, олицетворение право-либерального крыла демократического движения вместе с Кириенко, Хакамадой и Немцовым; «новоукраинцы» Волков, Пинчук, Суркис и Медведчук («прихватизаторы» энергообъектов – знаковые фигуры по оказанию определяющего влияния на президента Кучму; Лазаренко – бывший лидер и обворовавший государство олигарх, сбежавший с миллионами долларов за границу и т.п.). 
                В. Культурно-национальный аспект.
Соответствие взглядов политика национальному менталитету и культурным традициям народа является важным условием восприятия людьми его социально-политических и экономических проектов. Дифференциация политиков по социокультурным или этно-национальным признакам (по принципу “свой - чужой”) нередко имеет решающее значение при самоопределении избирателя в ходе голосования. 
                Важнейшей составляющей менталитета нации, стержнем ее психологии является национальный характер - совокупность определяющих национальных черт, представлений народа о самом себе, передающихся из поколения в поколение стереотипов поведения и общения. Основными факторами, формирующими национальный характер, являются геопсихические, расовые, социально-исторические, социально-психологические, культурно-мифологические, традиционные и др. 
                Так, к значимым чертам украинского национального характера, которые фактически формировались в условиях гармоничного слияния украинцев-земледельцев с окружающей средой, можно отнести: 
              Универсализм, синтетичность мировосприятия, сформировавшиеся под воздействием соответствующих геопсихических (бескрайние украинские степи) и социально-исторических (культурный синтез родственных народов) условий. 
              Приоритетность нравственных начал, консерватизм, приверженность традициям, статичность в семейных отношениях и высокое значение половой морали. 
              Высокая чувственность и эмоциональная чувствительность. Положительные стороны украинской эмоциональности (глубина человеческого понимания, способность к эмпатии, сопереживание чужому страданию, любовь к природе, поэтичность, эстетизм) отразились в творчестве большинства выдающихся украинских философов и мастеров художественного слова. 
              Свободолюбие, стремление к независимости. Данная черта украинского народа прослеживается на протяжении всей его многострадальной истории, а ВОЛЯ закономерно нашла свое закрепление в государственной геральдике. 
              Демократизм. Именно в силу этого качества Войско Запорожское (фактически определенный прообраз украинской государственности) объективно было “обречено” на демократические процедуры выдвижения своей правящей элиты.
              Интровертированность высших психических функций. Отмечается затаенная углубленность украинской души, склонность украинцев к уединению, общению со своим внутренним миром (“хата” как своеобразный символ отечества, имеющий также глубоко личное наполнение). 
              Склонность к созданию малых групп по принципу взаимных симпатий, а не единства целей и направленности действий. 
              Практичность, практический ум и стремление к самообразованию, ориентация не на слова, а на конкретные действия, приоритет сенсорных ощущений, уверенность в себе, трудолюбие, привязанность к земле 
Для украинского психотипа характерно преобладание бессознательного, индивидуальная компонента которого в большей степени описывается комплексом “угнетенного, гонимого и обиженного” коллективная - архетипом “плодоносящей Матери Земли”.  Украинцам как представителям православного славянства присущи и такие качества как теплое сочувственное отношение к “гонимым за правду” , а также широкая представленность в национальной мифологии героических образов “спасителей народа”. По мнению Дж. Кемпбелла (4; 190-290), для того, чтобы надежды на “спасение” от экономических и социальных невзгод увязались в сознании масс с той или иной личностью политика, последний должен в своей политической биографии пройти ряд этапов, характерных для мифов о странствующем герое:
1)            возвышение - “первый подвиг”;
2)            изгнание (“хождение в народ”, “хлебнул народного лиха”);
3)            возвращение в новой славе, “чтобы защитить народ и покарать его обидчиков”. Современная политическая практика на постсоветском пространстве дает нам большое число подтверждений данной теории. 
                Менталитет народа включает также общую для всех национальную идею. Окончательное оформление украинской национальной идеи является ближайшей насущной и неотложной задачей научной, культурной и политической элиты страны. Однако, уже сегодня, исходя из особенностей национального характера и той роли, которую Украина стремится играть в мире, можно сказать, что ее национальная идея будет строиться вокруг следующих стержневых ценностей: “цветущая и плодоносящая земля”, “человеческая жизнь, гармонически соединенная с природой”, “дружная семья”, “дом – полная чаша”, “нравственность и уважение к традициям”. 
                «Встроенность» политика в национально-культурный контекст определяется соответствием его идеологической программы (провозглашаемых в ней политических целей и ценностей) и его имиджа (всей совокупности вербальных и невербальных посланий) особенностям национального характера и национальной идее. 
                Вместе с тем в случае преобладания у политика негативистских установок из тактических соображений он может пытаться эксплуатировать и отрицательные стороны национального характера. А они, в свою очередь, во многом явились следствием неадекватной трансформации и искажения исконных национальных черт на стадии индустриального и постиндустриального развития цивилизации. Приходится признать, что украинское свободолюбие с лихвой проявляется в разобщенности ветвей власти, отсутствии политического консенсуса, разрозненности и непримиримой конкуренция политических движений, олицетворяющих гетманские амбиции отдельных лидеров или бизнес-групп, непомерно разросшейся политической и экономической теневой деятельности. Политическая и экономическая системы во многом проявляют родственно-семейные, земляческие и кланово-групповые признаки. 
                Высокая эмоциональная чувствительность, способность к сопереживанию и поэтичность со знаком "минус" проявляются в преобладании эмоционального начала над волевым и интеллектуальным, "базарности" общественно-политического поведения, болезненном восприятии исторических "обид". Мечтательность в гипертрофированной форме проявляется в склонности к пустым иллюзиям и некритической оценке действительности (отсюда и бесконечная череда обманутых вкладчиков многократно разоблаченных “пирамид” и трастов). Затаенная углубленность украинской души, склонность к общению со своим внутренним миром, уединению или созданию малых групп на основе взаимных симпатий - трансформируется в идеал “моя хата з краю” как символ партикулярного местечкового патриотизма, декларировании нейтральности и внеблоковости - эдакой формы отстраненности от участия в мировых политических корпорациях, и т.п. А социальная пассивность, консервативность, нежелание рисковать, стремление к обособлению и персональной свободе без надлежащей ответственности, дисциплины и организованности, как и отсутствие устойчивого целеполагания, становятся серьезным тормозом для корпоративных действий и внедрения инноваций. 
                Только-только начавшийся после обретения независимости процесс возрождения украинской культуры наряду с несомненными завоеваниями обнажил и ряд проблем. Прежде всего это касается социальных последствий "вскрытия" культурных слоев и архетипов коллективного бессознательного - своеобразных "преданий старины глубокой". К месту задуматься над словами авторитетного "американского" украинца Осипа Мороза, обратившего внимание на то, что присущая украинцам "селянская ментальность хороша для селян - да и то в определенное время и определенном месте, но она не полностью дается целой нации". Одной из серьезных проблем как раз и является отсутствие "чего-то объединяющего, ведущего к построению" и т.п. Вердикт - " вряд ли можно брать прошлое за образец " . 
                В этом контексте анализ специфики современного украинского политического лидерства во многом и требует учета способности политика, опираясь на национальные традиции, осуществлять конструктивные рациональные действия в рамках современных цивилизационных процессов. 
                Г. Социальный аспект.
Для публичного политика (а в рамках открытого демократического общества с его системой электоральных предпочтений публичность - непременное и обязательное условие вхождения в политику) количество и качественный состав сочувствующего электората являются важнейшими показателями, определяющими, в конечном итоге, исход решения главной задачи - победы на выборах. 
                Качественный анализ электората включает выявление имущественных, национальных, возрастных, образовательных, профессиональных и иных социологических характеристик, а также идеологических и ценностных предпочтений с целью определения основных запросов и потребностей избирателя - главной “мишени” пропагандистского воздействия политиков. Для классификации потребностей избирателей западные политологи обычно пользуются классификацией А. Маслоу, предложившего схему восходящих потребностей, в которой высшие потребности проявляются и могут быть реализованы лишь после более примитивных, базовых. В его классификации было выделено 5 уровней основных потребностей человека:
1)            физиологические потребности (голод, жажда, тепло и т.д.);
2)            потребности самосохранения (безопасность, защищенность);
3)            потребности принадлежности (чувство духовной близости, любовь);
4)            потребности в уважении (самоуважение и уважение другими);
5)            потребности самоактуализации (реализация собственного личностного потенциала и саморазвитие) (25; 223). Согласно Маслоу, потребности человека иерархически соподчинены друг другу, и индивид не может ощущать, например, потребности в уважении со стороны окружающих, если он голоден или его сознание занято проблемой личной безопасности (криминал). На основе изучения актуальных потребностей основной массы избирателей строится здание рекламной кампании политика. 
                К сожалению, начинающие постсоветские имиджмейкеры зачастую не только не удосуживаются поинтересоваться запросами людей на те или иные политические идеи и персоны, но и путают потребности избирателей со своими представлениями о желательном для страны лидере. Они полагают, что стране в данный момент нужен именно такой лидер, в то время как гражданам нужен выразитель их специфических интересов, которому вместе с властью они смогли бы делегировать свои надежды на удовлетворение конкретных потребностей. Политические запросы людей не создаются усилиями рекламных фирм с Мэдисон-авеню в Нью-Йорке или десятком скоропалительно созданных имиджмейкерских групп в России и Украине. Они коренятся в исходных потребностях человека и, не реализуясь в настоящем, толкают людей на поиски соответствующей идеологии, дающей надежду на их реализацию в будущем. 
                Д. Политико-практический аспект.
По существу именно политическая практика лидера (поведение, решения и действия политика в конкретных политических и жизненных ситуациях, а также многообразие и характер его политических связей) и является самой надежной основой для исследований феномена политического лидерства. По делам политика реально выносится вердикт о его политическом масштабе . 
                Политологический анализ с целью уточнения масштаба фигуры политика включает в себя определение: 
              Политического и социального статуса лидера. 
              Границ доминирования его политической властной воли. 
              Положения в партии, движении, общественной организации и их влиятельности на внутриполитической сцене. 
              Политических покровителей, сторонников и ставленников (в законодательной, исполнительной и судебной властях, силовых структурах). 
              Покровителей за рубежом. 
              Финансовых возможностей. 
              Величины и эффективности подконтрольного аппарата управления. 
              Наличия подконтрольных силовых структур и СМИ. 
              Масштабов участия в выработке стратегии управления обществом, а также разработке и принятии конкретных государственных решений. 
              Степени участия в оперативном управлении социальными процессами, возможности влиять на регламентацию жизни общества. 
              Полноты владения информацией и допущенности к контролю за важнейшими параметрами стабильности общества. 
              Характера взаимоотношений с криминальным миром (для стран СНГ и “третьего мира”).
В проводимом анализе целесообразно выделить отдельной строкой экономический блок: 
              Прямое или косвенное владение экономическими ресурсами. 
              Право распоряжаться материальными ресурсами, необходимыми для общественного производства и потребления: финансами, природными ресурсами, людскими ресурсами и т.д. 
              Границы осуществления собственной экономической политики, возможности мобилизации финансовых средств. 
              Право разрешать или содействовать экономической деятельности. 
              Доступ к экономической информации стратегического уровня. 
              Способность влиять на принятие важных экономических решений. 
Политологический анализ лидера не мыслим без прояснения его идеологической платформы , включающей : 
              Идеологическую концепцию. 
              Политические идеи. 
              Социально-политические идеалы. 
              Идейно-политические принципы и политические взгляды. 
              Политические лозунги. 
Содержательный анализ идеологической платформы служит основой для последующего социологического исследования с целью определения популярности ее основных положений и лозунгов среди населения. 
                Е. Политический путь лидера (особенно в условиях нестабильного общества) обозначен непрерывной чередой политических акций и поступков - битв, маневров, вызовов, угроз и демонстраций силы. Нынешнюю ситуацию в политике можно сравнить с феодальными временами, когда доблесть рыцарей в промежутках между войнами и битвами устанавливалась, закреплялась и приумножалась в турнирах. Политик постсоветского периода обречен принимать вызовы и отвечать на них . Победа в подобных “турнирах” гарантирует повышение политического статуса и рейтинга, уклонение - их непременное понижение и политический упадок. 
                Важнейшим событием для каждого без исключения политика является момент его вхождения (вбрасывания) во власть, а также последующие трансформации и "фазовые" переходы на качественно новые уровни политической иерархии . Это события в политической жизни, после которых индивидуальная судьба данного человека начинает стойко ассоциироваться и увязываться с судьбой региона, социальной группы, страны в целом, ее настоящим и будущим. Как правило, преодоление политиком такого рода Рубикона ассоциируется с совершением знакового резонансного политического поступка (так, президентский взлет Л. Кравчука был обозначен его отказом поддержать ГКЧП, Б. Ельцина - открытой оппозицией М. Горбачеву с последующей защитой "Белого дома" в 1991-м и т.д.). 
                В этой связи в политической биографии исследуемого лидера существенными являются следующие этапы политической жизни: 
              предполитическая деятельность; 
              рекрутирование или самовыдвижение в политику; 
              собственно процесс вхождение во власть; 
              непосредственно политическая деятельность; 
              выход в политический “запас” (клуб политиков, временно отстраненных от принятия важных решений, но сохраняющих потенциальную возможность возвращения в большую политику); 
              политическая “смерть”. 
Процесс вхождения человека во власть и последующие его перемещения рассматриваются на данном этапе исследования с точки зрения выявления политических и социальных сил, направляющих его политический рост. Целесообразно также отслеживать динамику политического развития лидера, выявлять в ней элементы цикличности и периодичности , особенности превращений и трансформаций в рамках отдельных циклов. 
                Ж. В оценке личности политического лидера, а особенно его политической судьбы нельзя оставлять без внимания сферу иррационального и бессознательного. 
                Очевидно, что истоки далеко не всех политических предпочтений и мотивы не всех политических поступков осознаются и рационально рефлексируются политиками. Подготовленный эксперт в состоянии отследить определенную динамику изменения (роста или уменьшения) бессознательного в деятельности исследуемого политика за период с момента реального вхождения его во власть. При этом интерес может представлять как актуализация биографических (главным образом детских ) бессознательных конфликтов и комплексов в реакциях политика на определенные события и ситуации, так и поведенческие стереотипы, свидетельствующие об оживлении в его психике архетипов коллективного бессознательного , вызванных присоединением к тому или иному " властному эгрегору" . 
                1. Классическое видение иррациональной природы власти (по К.Г.Юнгу (20)), основывается на особой роли коллективного бессознательного, древних образов, кодов, в которых сконцентрирован и запечатлен опыт коллективных представлений - архетипов . Архетипические ситуации включают в себя рождение, достижение половой зрелости, ухаживание, половую связь, брак, смерть. Архетипических символов множество, они составляют материал мифологии, религии, сновидений, искусства и литературы. По Юнгу, популярность таких идей и страстность, с которой их многие исповедуют, объясняется их древней сакральной основой. В ряде случаев индивид действительно может усвоить и "подчинить" себе архетипические образы, став в результате “харизматичной личностью”. 
                Харизма - один из значимых аспектов политического руководства, характеризующийся активным проявлением и демонстрацией энергии, "пробуждающей" архетип . Это могут быть физические проявления, погружение в массовые эмоции и действия и т.д. По Юнгу, фактически каждый, кто получит возможность сознательного контакта со своим бессознательным и постигнет его природу, невольно оказывает влияние на свое окружение. Он зачаровывает и подавляет одновременно. Роль харизматичных лидеров особенно возрастает в периоды социальной нестабильности на переломных этапах истории. 
                2. Властный феномен в ряде случаев рассматривается через призму способности политика к убеждению и внушению своих идей массовой аудитории. 
 Прямой контакт политика с народом через простые аргументы, понятные слушателям, и невербальные послания (телесные, голосовые, по форме движения) создает чувство принадлежности к одному “мы”. Разделение на “мы” и “они” Б. Поршнев (16) считает более древним и первичным, чем “я” и “ты”. “Мы” - люди, “они” - не люди, имеется в виду “они” - звери, другой вид. А позже “мы” - свои, “они” - чужие. Внутренние сомнения человека, колебания при принятии любого (даже технического) решения - это процесс переживания, кто кому ближе, кто свой. Склонить чашу весов может лишь большая симпатия. 
                С этой точки зрения процесс убеждения человека или группы - это разборка того “частокола”, укрепления, которым человек защищается от внушения, и это процесс установления близости в разных “измерениях”. Здесь главный фактор - авторитет внушающего в глазах внушаемого. Он складывается из уверенности внушающего в успехе своего воздействия и готовности внушаемого поддаться воздействию, т.е. доверия . Безграничное доверие - это готовность принять абсурд . В этом контексте первая забота политика - стать как можно больше “своим”. Диапазон воздействия очень велик: от логической неопровержимости доказательств до тонких психологических нюансов создания ощущения общности и личного доверия, но оба полюса важны и тесно связаны. 
 К плохо осознаваемым моментам власти относится тот факт, что власть всегда ограничена некоторой общностью - за ее пределами лидер никакой власти не имеет или его власть сильно ограничена. Ибо, если это не так, то он - “не свой”. И еще - для функционирования власти, ее самовоспроизводства важны эпизоды неповиновения и неповинующиеся лица: они наделяются статусом чужих, врагов. Они как бы контрастируют власти, создают для нее фон. Степени доверия и недоверия к власти образуют постоянно меняющуюся психическую субстанцию внутренней жизни разных общностей. Недоверие к прежним авторитетам может быть силой, сплачивающей общность. 
                3. И все же, пожалуй, самое главное заключается в том, что общности можно внушить только то, что соответствует ее состоянию, к чему она готова , и в этом смысле лидер - раб общности . В этом случае на первый план выходит роль традиции во власти . Создание традиции обеспечивает механизм воспроизводства структуры власти в обществе , но она инерционна по своей природе и требует подчинения от самого лидера - укрепляя его власть, "питается" его авторитетом. Инерционность традиции обеспечивает, с другой стороны, значительную устойчивости власти даже независимо от ее эффективности. Можно совершить ряд грубых политических просчетов: вера в авторитет будет, уменьшаясь, сохраняться до некоторого момента, а потом, как бы застыв на определенном уровне, - держаться только по инерции. И только спустя определенное, порою весьма продолжительное время, может возникнуть четкое осознание большинством населения того факта, что конкретный политик уже не лидер, а обычный член социума (феномен сказочного " голого короля"). 
                З. Медиа-пространство политического лидера.
Коммуникационно-информационное измерение политического лидерства - дань особой значимости информационной сферы в политическом бытии современного общества. Оно характеризует то, какое политик создает вокруг себя информационное поле , каким образом с помощью СМИ проецирует его на социум и его отдельные группы, как реагирует сам на информационные потоки, как строит свою коммуникацию с различными профессиональными группами (журналистами, политиками, экспертами), насколько технологизирована его работа в информационной среде (использование специальных методик, PR-приемов). 
                Система “лидер-социум” эффективно функционирует и позволяет реализовать волевые потенции политика лишь в случае перманентного влияния субъектов системы с адекватной рефлексией на процессы, происходящие в обществе. Это дает возможность производить анализ обменно-информационных процессов для составления политического портрета лидера. Информационное воздействие может осуществляться как с помощью средств масс-медиа, так и с помощью профессиональных и добровольных пропагандистов идеологического аппарата партии или организации. Однако особого внимания заслуживает именно среда масс-медиа, поскольку позволяет проявить и идентифицировать структуру и качественные характеристики медиа-пространства не только политика, представляющего массовую партию, но и относительно независимого лидера. 
                Среди характеристик информационного поля политического деятеля, доступных наблюдению, декодированию и анализу, можно выделить следующие. 
 1. Медиа-потенциал лидера: 
              Способность влиять на политику конкретных СМИ, масштабы влияния, виды СМИ находящиеся в сфере влияния (особое внимание по степени влияния на социум уделяется электронным СМИ). 
              Способность влиять на социально-политическую ситуацию в стране с помощью использования современных медиа-технологий. 
              Количественная сравнительная оценка информационных потоков, включающих: 
 - активную позитивную составляющую, генерируемую по инициативе самого политика; 
- активную негативную составляющую, порождаемую конкурентами и противниками; 
- пассивную составляющую (как позитивную, так и негативную) как отклик "нейтральных" к политику сил. 
              Использование специальных информационных технологий, наличие признаков проведения информационных операций с синхронизированным во времени привлечением различных видов СМИ. 
2. Целевая устремленность и ориентация информационной политики: 
-              Политическая ориентация группировок СМИ используемых политиком, как косвенное подтверждение взаимодействия политика с силами, влияющими на политику данного сегмента масс-медиа. 
-              Направленность информационной политики, как проявление политической ориентации.  Общая тональность информационного потока. 
-              Образ лидера (медиа-имидж), формируемый подконтрольными СМИ. 
3. Информационно-аналитический потенциал команды лидера: 
-              Динамика информационного воздействия, интенсивность, степень его связи с процессами в обществе. 
-              Качество информационных материалов: аналитичность, использование специальных приемов психологического воздействия на аудиторию, PR-приемов, наличие тонкой смысловой структуры в информационных посылках политика. 
-              Использование лидером новых информационных технологий, предствленность в Интернет. 
4. Информационно-коммуникативные характеристики личности: 
-              Визуальный ряд (электронные СМИ): вербальные проявления (ораторские, интеллектуальный способности и т.п.); невербальные проявления (мимика, жесты и т.п.).
-              Реакция на информационное воздействие. 
-              Форма участия в коммуникационных процессах: прямое (участие политика в прямом эфире в публичных дискуссиях, круглых столах и т.п.); опосредованное (публикации в прессе). 
-              Соблюдение норм журналистской этики. 
И. Лидер как политический “игрок”.
В последние годы широкое распространение в философско-политологической мысли (и прежде всего под влиянием идей нидерландского историка и культуролога Й.Хейзинги (18)) получила точка зрения на политическую деятельность как на своеобразную “игру”, воспроизводимую на автономном “политическом поле” ограниченным числом участников, подчиненную собственным внутренним “правилам” и, в сущности, далекую от реального социально-исторического процесса, развертывающегося в стране. 
Создается впечатление, что объективный исторический процесс в какой-то момент был “подменен” игровым: события и политические деятели перестали восприниматься всерьез, все больше напоминая антураж в тщательно продуманной игре. А значение, которое им повсеместно придавалось прежде, уступило место раздражению и скуке. На гребне развития политических игр в политику поколения функционеров, руководствующихся в своих действиях сугубо корпоративными “игровыми” нормами. 
                С политической игрой связывается и ощущение обратимости политических шагов, не мыслимое ранее в отношении исторических событий. Субъективизм и заидеологизированная поверхностность ряда политиков в оценке событий, ослабление ответственности за принимаемые решения, бесконечная повторяемость управленческих ошибок дополняют сюрреалистическую картину “политической сцены” с чередой непрерывно разыгрываемых знакомых сценариев. 
                В этой связи признаком глубины политического анализа лидера явилось бы приближение читателя к пониманию характера текущей политической “игры”, места и роли в ней исследуемого политика, его способности адаптироваться к игре и нарабатывать в ходе ее необходимые навыки, а также очерчивание контуров сил, способных сыграть роль “кукловода”.  
                Таким образом, макро-уровень политического лидерства определяется системными свойствами жизнедеятельности политика в социуме, его вписанностью в сферу культуро-гео-хроно-социополитики. Анализ этого уровня опирается главным образом на междисциплинарные исследования ситуационных , “внешних” по отношению к личности политика условий его деятельности. Из приведенного материала видно, что при построении политического портрета исследователь не может ограничиться использованием методического аппарата одной только политической психологии. Он призван интегрировать в своей работе социально-исторический и политико-психологический подходы, более полно использовать методы прикладных наук. 
 
МИКРО-УРОВЕНЬ ИССЛЕДОВАНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОГО ЛИДЕРА 
В современном анализе феномена политического лидерства вопрос: “почему человек становится и является лидером?” неизбежно увязывается с другим: “как личностные качества лидера влияют на его политическую судьбу?”. Иными словами, если в комплексе взаимоотношений “лидер-ситуация” подчеркивается детерминирующая роль ситуационного компонента, то это не должно означать умаления активной роли индивидуальности политика, рассматриваемой Б.Г.Ананьевым как единство и взаимосвязь свойств человека как индивида, субъекта деятельности и личности (1). Именно эта сфера занимает в настоящее время центральное место в исследованиях психологов, посвященных проблеме политического лидерства. 
                А. Личность политика.
Если в изучении психологии лидеров следовать методам, разработанным в рамках общепсихологических и социально-психологических концепций личности, ее надо представить как взаимодействие когнитивных , мотивационных , аффективных и поведенческих компонентов, прослеживая их выражение в установках (аттитюдах) лидеров, в том числе в их ценностях и убеждениях . 
                Исходными характеристиками для оценки личности политика являются статусно-ролевые и ценностные ориентации , на базе которых формируются направленность, мотивация и характер . 
                1. Большинство психологов считает направленность одной из важнейших характеристик личности. Это понятие объединяет: ценности, идеалы, убеждения, склонности, интересы, желания, влечения и потребности. Сущность направленности связана не столько с тем, чего хочет человек, сколько с тем, почему он этого хочет, т.е. с мотивами его поведения. Смысл , который политик вкладывает в свою деятельность, также определяется его внутренними ценностями - осознанными и неосознанными мотивами. 
                2. Мотивация. Смысл классификации мотивов политического лидера состоит в выявлении в его личности относительной силы различных мотивационных тенденций, их иерархии . Эту иерархию можно выстроить на основе анализа ситуаций выбора - когда одни мотивы приходят в конфликт с другими: “победивший” мотив характеризует лидера в большей мере, чем “побежденный”, и можно утверждать, что первый занимает более высокое иерархическое место в мотивации данного деятеля. Например, о деятеле, стремящемся к власти, но не способном ради этого стремления совершать действия, которые могут снизить его моральный престиж, уважение или любовь к нему окружающих, можно сказать, что властолюбие не является его доминирующим мотивом. 
 Особо следует остановиться на теме неосознаваемых мотивов политической активности человека. Нельзя не учитывать того факта, что сегодня многие политики - невротики . Для невротика характерна тревожность - субъективно неприятное состояние, от которого он сознательно и бессознательно пытается избавиться. По большому счету есть два пути снижения невротической тревожности:
а) поиск любви и привязанности ;
б) поиск власти, престижа и обладания .
В первом случае эффект достигается путем усиления контакта с другими, во втором - через ослабление контактов и укрепление своего положения . 
                Нормальное стремление к власти - результат проявления силы (физической, умственной или другой), невротическое - слабости. Невротик испытывает сильное отвращение к любому упоминанию о его слабости или беспомощности. Чем сильнее он подавлен внутренними запретами, тем меньше способен к самоутверждению. Чем слабее он становится, тем с большей тревожностью избегает всего, что хоть в малейшей степени обнаруживает его слабость. Он защищается от опасности чувствовать себя или выглядеть ничтожным. С этой целью он конструирует жесткий и иррациональный идеал силы, который заставляет его верить, что он способен справиться с любой ситуацией немедленно. Люди этого типа склонны всегда быть первыми и раздражаются, если им доказывают их неправоту. И эта потребность нередко направляет людей в политику. 
                3. Характер. Стержнем характера любого политика являются его морально-волевые качества. Политический деятель с сильной волей отличается определенностью намерений и поступков, большой самостоятельностью и независимостью в выборе средств политической борьбы. Он решителен и настойчив в достижении поставленных целей. Напротив, даже широко эрудированный и обладающий разносторонними способностями, но безвольный политик практически малоэффективен на своем поле деятельности. 
                Политическая воля выступает в качестве одного из важнейших функциональных качеств лидера. Она определяет способность политика мобилизовать усилия широких слоев населения для претворения в жизнь собственных политических замыслов. Развитая политическая воля предполагает прежде всего личную автономию политика , определяемую как власть над собой (речью, эмоциями, поведенческими реакциями и т.п.), а также его политическую автономию - известную независимость в реализации политических решений. 
                Человек может обладать сильной индивидуальной волей и проводить в политике значимые для себя решения, руководствуясь частными, в том числе сугубо корыстными побуждениями. Однако, как свидетельствует исторический опыт, наибольшей действенностью в политике всегда обладали люди, чья политическая воля проистекала из идейных убеждений, фанатично преданные своей общественной, политической, религиозной или какой-либо иной миссии. При этом главным фактором воздействия таких лидеров на население выступала их непоколебимая уверенность в своей правоте, заставляющая их окружение считать, что за провозглашенными ими словами скрывается нечто важное, сакраментальное. 
                Лидер всегда располагает определенным набором личностных качеств, а большие политики, как правило, обладают общим для всех набором таких качеств. Среди них, как правило, выделяют такие свойства, как ответственность, надежность, добросовестность, преданность, серьезность, смелость, решительность, настойчивость в достижении целей, способность быстро ориентироваться в ситуации, активность, энергичность, здравый смысл, общительность и уверенность в себе и т.п. Однако, как свидетельствует опыт, лидером становятся не только благодаря некоторому конкретному набору личностных свойств. Структура качеств личности политического лидера должна находиться в соответствии с множеством факторов, в том числе с характером осуществляемых политических задач, эволюционными потребностями страны (региона) и т.д. 
                При составлении политического портрета следует отличать исходные черты личности политика - основополагающие структуры, блоки самого здания его личности, - от поверхностных черт, наблюдаемых в неразрывном единстве поведенческих характеристик. 
                Любая черта характера при чрезмерном ее развитии может делать характер человека деформированным, несбалансированным, или, как говорят специалисты, акцентуированным. Акцентуированные характеры весьма разнообразны, но их обладатели всегда бросаются в глаза: им присуща готовность к особенному, т.е. как к социально положительному, так и социально отрицательному развитию (К. Леонгард (6)). Наличие таких черт в характере политика определяет своеобразие его личности, то, что позволяет ей выделяться на общем фоне. 
                4. Интеллектуально-познавательные характеристики. Когнитивный стиль политиков исследуется в политической психологии по критерию простоты и сложности восприятия ими явлений и процессов, образующих объекты их профессиональной деятельности. Противоположными типами по этому критерию являются, с одной стороны, политик, мыслящий на основе примитивных жестких стереотипов и нетерпимый к сколько-нибудь многозначным суждениям, с другой стороны, деятель, способный к представлениям и оценкам, отражающим различные аспекты явлений, и к формированию целостного образа объекта во всей его реальной сложности. 
                Стремясь придать указанной когнитивной характеристике операциональное значение, американские политические психологи ввели категорию интегративная сложность. Для измерения уровня интегративной сложности была разработана специальная методика контент-анализа выступлений, статей и другой документации политиков. На основании этой методики проведена серия исследований как на современном, так и на историческом материале. 
                Один из наиболее интересных результатов этих исследований - установление корреляций между уровнем интегративной сложности, с одной стороны, и взглядами, позициями и конкретной ролевой ситуацией политиков, с другой. Как установил П. Тетлок, интегративная сложность политика связана не столько с идеологическим содержанием его политических позиций, выражающимся в партийных этикетках, сколько с интерпретацией этого содержания - жестко догматической, замкнутой и конфронтационной либо динамичной, гибкой, открытой к восприятию новых идей и компромиссу с другими течениями (29; 118-126). 
                5. Эмоции. В модели личности Г.Олпорта эмоционально зрелый человек характеризуется шестью чертами: 
              Имеет широкие границы “Я”, способен посмотреть на себя со стороны. 
              Способен к теплым, сердечным социальным отношениям. 
              Не проявляет эмоциональной озабоченности, приемлет себя как есть. 
              Демонстрирует реалистичное восприятие, опыт и притязания. 
              Проявляет способность к самопознанию и чувство юмора.  Обладает цельной жизненной философией (19; 288-300). 
В исследовании эмоциональной зрелости политика необходимо выявлять и анализировать его повторяющиеся несоразмерные реакции на те или иные события или людей. Диспропорциональные реакции определенно и точно указывают на болезненные, уязвимые места в личности политического лидера, зоны эмоциональной недостаточности. К числу постоянных несоразмерных реакций политика относятся неутоленные в прошлом потребности, такие как: 
-              потребность в многочисленных советчиках и их научении (потребность во “взрослом человеке рядом”); 
-              потребность в одобрении своих поступков со стороны определенного круга людей (“родительском одобрении”); 
-              потребность быть всеми любимым и принимаемым (потребность в эмоциональной поддержке и принятии); 
-              потребность в повышенном внимании к своей персоне и другие детские потребности, оживающие у некоторых политиков в определенных условиях (как правило, при встрече с опекой и лестью заинтересованного окружения) и способные стать объектом психологической манипуляции со стороны искушенных политических противников.
Информативным объектом исследования могут стать психологические защиты - системы стабилизации личности, проявляющиеся в устранении или сведении к минимуму отрицательных эмоций, возникающих в стрессовых условиях при рассогласовании внутренних психических структур и создающие препятствия эффективной деятельности политика. К числу наиболее характерных для политиков психологических защит относятся: проекция - склонность приписывать другим людям (чаще всего своим политическим противникам) собственные мысли, желания, побуждения; рационализация - якобы разумное объяснение собственных неудачных политических шагов, оправдание собственного неадекватного поведения; вымещение своих психологических проблем на политических оппонентах и др. 
                6. Самооценка , как устойчивое эмоционально-ценностное отношение человека к самому себе, включающее оценку своих способностей, психологических качеств и поступков, своих жизненных целей и возможностей их достижения, а также своего места среди окружающих людей, может быть заниженной, завышенной и адекватной. 
                Политики с заниженной самооценкой ставят перед собой примитивные цели, преувеличивают значение неудач, остро нуждаются в посторонней поддержке своих решений. Им свойственны нерешительность, боязливость, излишняя застенчивость, действия по принципу “как бы чего не вышло”. Человек с завышенной самооценкой часто становится в политике жестким, инертным, агрессивным, неуживчивым и, не смотря на свои способности, как правило, обречен на политический и жизненный крах. 
                Адекватная самооценка личностью своих способностей и возможностей обычно обеспечивает соответствующий уровень притязаний, гибкость по отношению к поставленным целям, трезвое отношение к успехам и неудачам, одобрению и неодобрению. Такому политику легче предвидеть и достигать своих целей, он более энергичен, активен и оптимистичен, что предопределяет успешный ход и исход его деятельности. 
                Б. Призвание к политической деятельности. 
                Соотнося основные черты личности исследуемого политика с важнейшими судьбоносными решениями, которые он принимал на протяжении своей жизни самостоятельно, а также анализируя его деятельность по претворению в жизнь этих решений, мы можем разглядеть определенную логику в цепи его выборов, обозначаемую как сущностное направление деятельности или призвание. Эта категория тесно коррелирует с понятием ценностной ориентации Г.Олпорта, рассматривавшего жизненные ценности человека как черты его личности более глубокого уровня: 
                Теоретические.
Человек, придающий особое значение этим ценностям, прежде всего, заинтересован в раскрытии истины. Такой человек характеризуется рациональным, критическим и эмпирическим подходами к жизни. Теоретический тип в высшей мере интеллектуален и чаще избирает для себя деятельность в области фундаментальной науки или философии. 
Экономические.
"Экономический" человек выше всего ценит то, что полезно и выгодно. Он исключительно практичен и прочно придерживается стереотипа "преуспевающего бизнесмена". Представители этого типа живо интересуются тем, как делать деньги; знания, не находящие конкретного применения, они считают бесполезными. Многие блестящие достижения в области техники и технологии явились результатом реализации научных потребностей людей экономического склада.  Эстетические . Такой человек больше всего ценит форму и гармонию. Воспринимая любые жизненные явления с точки зрения привлекательности, симметрии или уместности относящиеся к этому типу люди трактуют жизнь как ход явлений, при котором каждый отдельный индивидуум наслаждается жизнью ради самого себя. Эстетический субъект не обязательно будет творцом, художником, но его наклонности могут проявляться в повышенном и активном интересе к эстетическим сторонам жизни.  Социальные . Наивысшей ценностью для социального типа является любовь людей. Весьма вероятно, что такой человек будет рассматривать теоретические, экономические и эстетические подходы к жизни как холодные и негуманные, считая любовь единственной приемлемой формой человеческих взаимоотношений. В чистом виде социальная установка является альтруистической и тесно связана с религиозными ценностями. 
Политические.
Доминирующим интересом политического типа является власть. Профессиональная активность людей этого типа не обязательно ограничивается сферой политики, поскольку лидеры в любой области выше всего ценят власть и влияние. Таким образом, у "политических личностей" существуют явные индивидуальные различия в отношении ценности власти. В то же время, незавуалированное выражение данного мотива у людей политического типа отвергает все другие в стремлении к власти, влиянию, славе и известности.  Религиозные. Представители данного типа, главным образом, заинтересованы в понимании мира как единого целого. Независимо от способа самовыражения, религиозная личность видит в мироздании прежде всего единство и высший смысл (19; 301-303). 
Призвание к политической деятельности во многом определяется тем, в какой степени ценностная ориентация и другие определяющие характеристики личности политика совпадают с содержанием его политической деятельности . Иными словами - на своем ли он месте. Так, бесславный приход во властные структуры СССР, времен Горбачева и России времен “раннего” Ельцина большого числа теоретиков из академических институтов, не имевших ни опыта практической политической работы, ни, главное, призвания к ней ярко засвидетельствовал явление глубинного неприятия политики. Напротив, человек, реализующий в политике свое жизненное предназначение подобен локомотиву, способному “вывезти на себе” масштабные исторические преобразования, достичь на своем пути значительных конструктивных результатов, достойных памяти потомков. 
История знает множество примеров подобных политических деятелей “от Бога”. Основные отличительные признаки деятельности таких политиков: 
                Энергичность, заряженность жизнью. У таких людей имеет место внутреннее побуждение, внутренняя тяга к действию. Мы можем ощутить в них постоянное присутствие мощной, неослабной силы, побуждающей их предпринимать одно начинание за другим, как если бы им предстояло преобразовать целый мир.  Жизненное предназначение в политике обычно сочетает в себе страстный порыв со сдержанностью. Такие люди смотрят далеко вперед, но делают за раз не больше одного шага.  Политики, действующие по призванию, как правило, не нуждаются в одобрении и многочисленных советчиках. В их деятельности есть своя внутренняя логика, вокруг которой разворачиваются все начинания.  Имеет место разумное чутье, своего рода “инстинкт” политика , который позволяет им безошибочно ориентироваться в политическом пространстве, определяя верные пути осуществления своей политики и, принимая порой единственно правильные решения.  С этим чутьем тесно связана непреклонность, бескомпромиссность во всем, что касается существенных сторон своей политической линии. В остальном их политика представляет собой умелое сочетание гибкости и независимости.  Полнота жизни . Как правило, политики по призванию отдают себя своему жизненному предназначению без остатка. Они отождествляют себя со своей политической деятельностью, постепенно отказываясь от тех видов деятельности, которые к ней не относятся. 
Смысл. В иные моменты призвание быть политиком воспринимается ими как тяжелый крест, причем пожизненный, ибо отказаться от своего предназначения невозможно. Иногда, в минуты важных свершений они чувствуют глубокое удовлетворение. Но и в том, и в другом случае отход от политической деятельности был бы равнозначен для них утрате смысла жизни.  Осуществление своего жизненного предназначения позволяет политику “от Бога” в полной мере раскрыть свои способности. Деятельность по призванию связана с множеством конкретных начинаний, направленных на развитие общества. И только таким политикам по плечу воплощение этих начинаний в жизнь. 
                В. Стиль руководства
Является одной из важнейших оргдеятельностных (институциональных) категорий, используемых при составлении политического портрета. В управлении стиль руководства - это привычная манера поведения руководителя по отношению к подчиненным ему или зависимым от него лицам с целью оказания на них влияния и побуждения к достижению значимых целей. В широком понимании это распространяется как на широкие массы населения, так и на административно-управленческие, общественно-политические, социальные структуры - партии, движения, группы, корпорации, кланы, ближайшее окружение. 
                Стиль руководства определяется мерой делегирования руководителем своих полномочий; степенью участия подчиненных в принятии решений; уровнем информированности подчиненных; типами власти, которые использует руководитель. 
 Выделяют следующие типы власти, использующиеся в той или иной степени всеми руководителями: 
              Власть, основанная на принуждении (влияние через страх наказания). 
              Власть, основанная на поощрении (материальное и моральное стимулирование)  Экспертная власть (высоко оценивается профессиональная компетентность руководителя). 
              Власть примера (уважение руководителя как личности, стремление походить на него).  Законная или традиционная власть (высокий официальный статус, дающий право отдавать распоряжения) 
В соответствии с распространенной классификацией, выделяются три основных стиля руководства : авторитарный, демократический и либеральный. 
 Для авторитарного стиля руководства характерна централизация, концентрация власти в руках одного человека. Он единолично принимает решения, жестко определяет всю деятельность подчиненных, не давая им возможности проявить инициативу. Подчиненные должны исполнять только то, что приказано, при этом они получают минимум необходимой информации. Руководство подменяется командованием. Деятельность подчиненных жестко контролируется. Основные используемые типы власти: власть, основанная на принуждении и традиционная власть. 
При демократическом стиле лидер децентрализует свою власть. Он консультируется с подчиненными, которые также принимают участие в выработке решения. Подчиненные получают достаточно информации, чтобы иметь представление о перспективах своей работы. Инициатива с их стороны всячески стимулируется. Руководитель делегирует подчиненным часть своих властных полномочий, в том числе при осуществлении контроля, вводит элементы коллективного самоуправления. Используются все типы власти, но преимущественно власть, основанная на поощрении и власть примера. 
Либеральный стиль руководства характеризуется минимальным вмешательством руководителя в деятельность группы. Он обеспечивает своих подчиненных информацией и материалом, необходимым для выполнения работы. Минимальное использование властных полномочий (15; 245-246). 
Приведенная классификация, естественно, не исчерпывает всего многообразия форм взаимодействия лидера и подчиненных, которые складываются в различных условиях. Более того, в своей деятельности один и тот же лидер, в зависимости от конкретной ситуации, динамики политических целей и задач, может применять различные стили руководства. Задача эксперта как раз и состоит в том, чтобы тщательно исследовать этот контекст и установить политическую и экономическую целесообразность использования элементов того или иного стиля политического руководства на данном конкретном этапе исторического развития страны. 
                Г. Профессиональные навыки, приемы и качества лидера, характеризующие его как политического менеджера, в большей степени, нежели другие характеристики, значимы для оценки наших политиков специалистами на Западе.
К ним относятся: 
              Административные навыки (навыки планирования; знания в области организации управления и опыт организационной работы; личная организованность и умение распоряжаться своим временем). 
              Познавательный потенциал (образование, специальная подготовка; умение вникать в детали и кропотливо решать мелкие вопросы; изобретательность и стремление внедрять новое; опыт работы в финансово ответственных сферах, навыки оперирования количественными показателями; навыки анализа проблем (задач) и принятия самостоятельных решений). 
              Лидерские качества (стиль лидера, приемы и методы влияния на других людей; умение мотивировать других; навыки работы в команде; навык делегирования полномочий и контроля за исполнением; умение подобрать людей, создавать команду и развивать других). 
              Навыки межличностного общения (способность устанавливать желаемые отношения с людьми; умение улаживать конфликты и вести переговоры). 
              Навыки устного и письменного общения (способность доносить информацию до других людей; умение слушать; навыки речевого общения; навыки составления текстов).  Приспособляемость личности (гибкость; независимость; уверенность в себе и принятие самого себя; способность управляться со стрессом). 
              Внутренняя мотивированность к управлению (умение ставить перед собой цель; способность соизмерять свой успех; заинтересованность в личностном и профессиональном росте; стремление к реализации собственных управленческих талантов, заинтересованность в осуществлении себя в качестве руководителя).
              Профессиональная компетентность (знание организационной работы в своей сфере деятельности; знание сути дела - своей специальности и своих функциональных обязанностей). 
              Исполнительская дисциплина.  Общая работоспособность.  Проводимое исследование призвано выявить существенные характеристики деятельности политического лидера, определяющие его эффективность . Благодаря этому появляется возможность реконструировать индивидуальный стиль деятельности политика, понять внутреннюю логику его решений, а также прогнозировать вероятность принятия тех или решений в будущем. 
                Д. Свобода и ответственность политика.
Будучи способным влиять на других, политик одновременно может стать "разменной картой", объектом управления или манипулирования со стороны "третьей силы". Поэтому важно определить то, в какой степени сам исследуемый политик независим в отношениях с теми силами, которые его продвигают вверх по политической лестнице и каковы границы распространения его политической свободной воли. В этой связи принимаемые политическим деятелем решения могут быть четырех типов: 
              решения, принимаемые политиком исходя из собственных убеждений и оценок ситуации (пусть даже в противовес “естественному” ходу исторических событий); 
              решения, принимаемые в согласии с объективным эволюционным процессом развертывания исторической судьбы страны и ее народа (а потому отчасти несвободные);
              компромиссы как результат согласования интересов различных социальных групп, корпораций, кланов и т.п.; 
              вынужденные решения, принятые под давлением групп, приведших данного политика к власти.
Особый интерес в этой связи представляют так называемые группы поддержки и группы давления (результирующая их влияния и взаимопроникновения).  Разумеется, было бы чрезвычайно наивным полагать встретить в серьезных политических кругах лидера-одиночку. Однако, верно и то, что чрезмерная ангажированность политика определенными политическими и финансовыми кругами способна отвернуть от него сторонников, привести в конечном итоге к политическому краху. 
Неотделимо от свободы понятие ответственности (17). Способность принимать ответственные решения является важнейшим атрибутом деятельности любого политика государственного уровня. Политологи в последнее время предпочитают говорить о корпоративной ответственности политических деятелей и это не случайно. Присоединение к той или иной политической властной структуре (корпорации) неизмеримо расширяет свободу действий человека, его возможности влиять на различные сферы экономической и социальной жизни. 
К сожалению, не каждый политик способен проникаться адекватной растущей властной свободе ответственностью за свои поступки. Отсюда многочисленные факты безответственных решений, принимаемых на высоком государственном уровне в постсоветских странах, когда люди, облаченные огромной властью, ведут себя в политике как индивиды, не способные контролировать собственные разрушительные и корыстные побуждения. В этой связи в рамках исследования когнитивных структур политического лидера нами выделяется интегральная категория - государственное мышление , определяющая наличие в сознании политика твердых убеждений и установок, позволяющих оценивать многообразие ситуаций текущей политической жизни с позиций национально-государственных интересов и принимать с опорой на них ответственные решения. 
                Е. Политический имидж лидера как целенаправленно формируемый образ политика, призванный оказать эмоционально-психологическое влияние на определенных людей или социальную общность включает три группы характеристик.
Прежде всего, это - персональные характеристики лидера, к которым относятся его физические характеристики, психофизиологические особенности, характер, индивидуальный стиль принятия решений и т.п. Другая составляющая образа лидера - социальные характеристики, - принадлежность лидера к определенной социальной группе (партии, национальности, профессиональной группе), его социальное положение и т.п. Кроме того, имидж лидера несет в себе символическую нагрузку: лидеры становятся олицетворением идеологий, того или иного возможного будущего, определенного курса действий. 
В этом контексте политические лидеры фактически персонифицируют политические процессы и события. Идентифицировав основные политические силы страны с конкретными личностями, люди сводят сложные политические процессы до приемлемых для своего уровня понимания размеров межличностных отношений. В результате политического деятеля, обретшего свое человеческое измерение, можно ругать или хвалить как индивида, ему можно приписывать ответственность за политические акции. Он может стать своего рода идеалом для людей, поддерживающих его политику, или “козлом отпущения” для недовольных, символом восхищения или символом никчемности. В большинстве постсоветских стран такая персонификация носит гипертрофированный характер: при отсутствии ясных политических программ и последовательности в действиях политических партий большинство населения ориентируется на отдельных лидеров или авторитетов. 
Для публичного политика большое значение имеет корпоративный имидж - степень престижности в сознании большинства населения образа той организации, в структуре которой данный политик был проиндексирован (14; 113-117). Так, Е.Примаков для большинства россиян ассоциируется с МИД и службой внешней разведки, С.Степашин – МВД, В.Путин - ФСБ - довольно престижными в России организациями. К сожалению, для большинства украинцев Л.Кравчук – это бывший секретарь ЦК КПУ по идеологии, Л.Кучма – секретарь парткома, В.Ющенко – прежде всего банкир и финансист. А.Мороз и А.Матвиенко – олицетворение порядочности, честности и открытости, государственности в политике. В.Горбулин – «серый кардинал». Ю.Тимошенко  - «газовая принцесса». А.Антоньева – «водочная королева». А.Волков – «директор-распорядитель» Верховной Рады.
Следует отметить, что зрелый политик не довольствуется ролью пассивного объекта восприятия, но стремится активно влиять на тот образ, который складывается в сознании масс, создавая и корректируя его с помощью различных приемов саморекламы. В этой связи необходимо четко различать устойчивые составляющие имиджа , т.е. подлинные черты личности политика, на восприятие которых практически невозможно повлиять путем различного способа подачи информации, и неустойчивые - восприятие которых зависит от работы имиджмейкеров, качества и способа подачи информации в СМИ. 
Ж. Руководящая команда политического лидера.
Социально-психологический анализ политика не мыслим вне контекста исследования его команды : короля, как известно, делает и "играет" свита. 
                Оценивая главенствующие цели и ценности политических лидеров, а также структурные особенности их руководящих команд, выделяют следующие типы команд : императивно-доминантный (8; 14-22);
              императивно-нормативный;
              дескриптивно-креативный;
              ценностно-гармонизирующий;
              переходной.
Анализ эффективности руководящей команды предполагает оценку уровня компетентности ее участников, а также определение степени соответствия типа команды целям и характеру ее деятельности. Известно, что команды императивно-доминантного типа успешнее действуют в ситуациях жесткой политической борьбы, особенно на фоне общей социальной нестабильности переходного периода. В то время как в условиях стабильного общества с устоявшимися политическими традициями и зрелой политической культурой функцию государственного управления эффективнее осуществляют организации, структурированные по императивно-нормативному типу. 
                Важный психологический феномен жизнедеятельности руководящей команды состоит в том, что каждый из ее членов играет в ней по существу двойную роль: формальную и неформальную. Первая роль - чисто функциональная, вытекающая из самого содержания должностных обязанностей. Вторая роль – так называемая "роль в группе", менее заметна, однако именно она существенно значима для деятельности коллектива. 
                Выделяется восемь ролей, которые могут играть члены команды: "Председатель", "Оформитель решений", "Генератор идей (новичок со свежим взглядом)", "Советник (судья)", "Практик-организатор", "Разведчик ресурсов", "Душа группы", "Доводчик ". Вышеперечисленные роли включают в себя все необходимые компоненты совместной деятельности - познавательный, практический и коммуникативный. Реализация всех ролей важна для команды, не зависимо от того, насчитывает последняя восемь человек или нет. При этом распределение ролей в команде должно соответствовать индивидуальным особенностям ее участников. 
 Ролевой анализ команды призван определить: 
              Каковы неформальные роли членов руководящей команды политического лидера и насколько эффективно организовано внутригрупповое взаимодействие?
              Соответствуют ли роли индивидуальным предпочтениям и социальным способностям участников команды?
              Кто из членов команды выполняет несвойственную ему, непосильную роль?  Рассматривая социометрическую структуру группы, следует особо выделить, кто из ее участников чувствует себя в ней неуютно? 
              Все ли роли в той или иной степени перекрыты участниками, какая функция отсутствует?
Основное внимание следует уделить "Председателю" и "Генератору идей". Соответствуют ли их интеллект и квалификация уровню предъявляемых им требований?  Есть ли в команде члены, выполняющие деструктивную роль? Из каких побуждений - внутренних (личностные проблемы, психологическая несовместимость с целями группы и т. п.) или внешних (заангажированность внешними, конкурентными группе силами), они это делают? 
З. Способы оказания целенаправленного влияния на электорат.
Существенной характеристикой лидера является возможность сознательно оказывать влияние на широкие слои избирателей, а также имеющийся в его распоряжении набор средств осуществления такого влияния. Под влиянием (в контексте реализации власти) подразумевается формирование у потенциальных избирателей нужных политику взглядов путем целенаправленного информационно-пропагандистского и психологического воздействия. 
                Исследуя основные направления и средства влияния политического лидера на электорат, следует отмечать: 
              Наличие в арсенале пропагандистского аппарата политика новейших психотехнологий обработки общественного мнения. 
              Приемы и средства психологической борьбы с политическими оппонентами. 
              Публичный имидж политика, его соответствие вкусам и идеальным представлениям электората, а также динамику изменения имиджа. 
              Символическую и эмоциональную нагруженность пропагандистских образов.
              Тотальность воздействия. 
              Интенсивность воздействия, постоянство и настойчивость, с которой оно проводится.
Естественно, что ничего из этого диапазона не должно оказаться вне пристального внимания аналитика-психолога, понимающего содержательную ценность подобных вербальных и невербальных посланий. С другой стороны, представляется важным определить внушаемость самого политика (в том числе и самовнушаемость) в коммуникации: характер, источники и каналы подачи информации, воспринимаемой политиком некритично. 
 Таким образом, микро-уровень политического портрета предусматривает анализ личности политического лидера, его деятельности и команды с точки зрения их соответствия требованиям конкретной политической ситуации, направленности и масштабам решаемых страной задач, а также условиям и характеру современной мировой политической практики. 
                Методические вопросы политического портретирования 
1. Систематическое наблюдение как целенаправленное, специальным образом организованное изучение поведения политика в настоящее время остается основным средством формирования адекватного представления о политическом субъекте. Организация систематического наблюдения включает в себя использование карт наблюдения, позволяющих определять интересующие характеристики политика в различных условиях. 
 Для оптимизации наблюдения рекомендуется придерживаться следующих правил: 
 наблюдать за поведением политика достаточно длительное время;  при наблюдении пользоваться общепринятым перечнем поведенческих проявлений, характеризующих наблюдаемые свойства личности, черты характера;  наблюдать поведение, свойственное тем или иным чертам личности, а не сами черты личности (например, наблюдать речевые, мимические, пантомимические реакции тревожности, а не тревожность как свойство личности);  задействовать нескольких наблюдателей (экспертных групп) для вынесения качественной оценки по тому или иному политику. 
2. Речь политика - источник ценной информации о нем, в частности: 
                Для оценки интеллектуального уровня отмечается умение излагать точно и логично свои мысли, подбирать такие слова и выражения, которые наверняка будут понятны слушателю, делать паузы для обдумывания, способность вести диалог и т.д.  Об общей культуре человека может многое сказать выразительность его речи, а также разнообразие используемых языковых средств. 
С психофизиологической стороны отмечаются скорость и четкость артикуляции, сила и глубина голоса, частотно-высотные свойства речи и различные виды модуляции. В настоящее время существует ряд интересных методик, связывающих эти характеристики с эмоциональными состояниями говорящего, его социальным статусом и характерологическими особенностями. Семантический анализ речи политика предполагает использование методов вычленения мотивов и смысловой конденсации в исследовании публичных выступлений. 
3. Эффективным средством анализа текстов политического деятеля является метод семантического дифференциала Ч.Осгуда, модифицированный В. Ф. Петренко (12, 13) для исследования данной содержательной области. Он основывается на коррелированности ряда характеристик, позволяющей выделить интегральный фактор “доброжелательный динамизм” в оппозиции к “злобному бессилию” (12; 53-57). 
                4. Особая роль в составлении политического портрета отводится биографическому исследованию. К основным его направлениям относятся: 
              Объективные данные (дата и место рождения, национальность, вероисповедание, семейное положение, образование и др.). 
              Детское прошлое (семья: социальный статус и национально-культурные особенности семьи; характер каждого из родителей; их взаимоотношения между собой; психологическая атмосфера, царившая в семье; наличие братьев и сестер и отношения изучаемого человека с ними; другие, значимые в детстве люди; детское окружение и т.д.). 
              Важнейшие решения, принятые в жизни самостоятельно (выбор учебного заведения, профессии, спутника жизни, места жительства и т.д.). 
              Основные этапы деятельности до начала занятия политикой, успехи и неудачи. 
              Вехи политической биографии (участие в акциях общественной мобилизации, в деятельности политических объединений, выдвижение в органы представительной власти различного уровня, иные формы политической активности). 
              Публичные политические выступления, публикаций в средствах массовой информации. 
              "Теневая" политическая деятельность (экспертная оценка участия в "кулуарных" политических переговорах и консультациях, в инициировании акций, событий государственного и регионального уровня значимости). 
              Политические контакты международного уровня (участие в деятельности международных политических объединений, контакты с влиятельными политиками и общественными деятелями зарубежных стран и т.п.). 
5. Анализ значимых поступков политика, по возможности, должен проводиться параллельно в актуальном и биографическом контексте: 
              факты индивидуальной истории должны исследоваться в свете их соответствия особенностям политического момента, значимости для развития политической ситуации в стране, регионе или в рамках конкретной социальной группы; 
              прошлое политика целесообразно изучать с опорой на его настоящее.
Интерес представляет лишь то прошлое политического лидера, которое присутствует в его настоящем (образе действий, поведении и связях) и которое может быть, с известной долей осторожности, использовано в прогнозах его политического будущего. 
6. В настоящее время большинство методик психологического исследования политических лидеров разработано в США – стране со сложившейся и устоявшейся политической культурой и системой ценностей, в которой вариации в психологических особенностях лидеров ограничены жесткими правовыми границами и не оказывают обычно решающего воздействия на судьбы рядовых граждан. В таком обществе потрясения, угрожающие основам его бытия, - редкое исключение. Наверное, именно в таком контексте возможны исследовательские методики, ориентированные на формализацию и измерение качеств лидеров, их изображение в виде математических формул, шкал и графиков - ведь таким операциям поддаются лишь “объекты”, обладающие высоким уровнем общности и различающиеся по ограниченному числу параметров. 
                Подобные методики и лежащие в их основе концепции гораздо труднее применять в обществах, где резкие переломы, тотальные кризисы и борьба диаметрально противоположных тенденций - органическая черта исторического развития, определяющая психологический облик лидеров. Это обусловливает необходимость опоры отечественного аналитика на интуицию в значительно большей степени, нежели это приемлемо для его коллег на Западе. 
                В каком-то смысле работа по составлению психологических портретов постсоветских политических лидеров тяготеет к методам, разрабатываемым сегодня научной герменевтикой: интерпретации смысла действий политика в определенном социально-политическом контексте; непосредственному усмотрению значения того или иного политического события и роли в нем исследуемого политика и т.п. Такое естественное понимание (видение) смысла происходящего в общественно-политической жизни возможно благодаря нашей встроенности в единый контекст современности (Гадамер), вовлеченности в общую социальную (в т.ч. политическую) игру (Хейзинга), общности для всех глубинных пластов коллективного бессознательного (Юнг). 

 

Заключение 
                Составляя портрет политического лидера, независимо от того будет или не буде он вынесен на публичное обсуждение исследователь входит в сферу анализа деятельности политического истеблишмента, с его законами и правилами игры. Законы эти проистекают из определения политики как деятельности по осуществлению государственной и общественной власти. 
                Именно власть как категория, выражающая способность, право и возможность человека решающим образом влиять на действия и поведение других людей и групп, опираясь на свои волю и авторитет, правовые и моральные нормы, угрозу принуждения и наказания, обычаи и традиции, психологические механизмы воздействия и т.п., является основой для понимания направленности усилий любого политика. Без этого понимания легко утратить политический контекст исследования и увлечься побочными, несущественными описаниями. 
                Предлагаемая структура политического портрета отражает стремление сделать его максимально полным, целостным, информативным и в то же время предельно емким, простым и конкретным. Важнейшим требованием к политическому портрету является его практическая ориентированность, в т.ч. и нацеленность на отражение через призму конкретной политической фигуры актуальных тенденций и насущных проблем политической и социальной жизни страны. 
                Представленные категории задают направления поиска ответов на извечные вопросы большинства людей о личностных качествах и делах политических лидеров. Эти векторы исследования призваны скоординировать усилия социальных и политических психологов, политологов, социологов, специалистов смежных областей знания. 
Предложенный подход к анализу феномена политического лидерства может оказаться весьма полезным и для практических политиков и групп их поддержки, как в понимании самих себя, так и в работе по конструированию своей политической судьбы и прокладыванию эффективных "маршрутов" к вершинам власти, в первую очередь для привлечения новых участников ДВИЖЕНИЯ. 

 

ИЮНЬ 2000

 

 
< Пред.   След. >

 16.09.2007 20:59