SIAC

Каждый Человек значим, уникален, необходим и незаменим
11/22/17 13:05:58
 
Главная arrow Это любопытно arrow КАПИТАЛИСТИЧЕСКОЕ СОРЕВНОВАНИЕ В БОРЬБЕ ЗА ВЛАСТЬ
 
 
Главное меню
Главная
О нас
Проекты
Документы
Статьи
Аналитические материалы
Это любопытно
Контакты
Партнеры
Видео материалы
Аналитические материалы
РЫНКИ ФИКТИВНОГО КАПИТАЛА КАК ГЛОБАЛЬНАЯ УГРОЗА
 
Статьи
ПРОБЛЕМА НОВОГО МЫШЛЕНИЯ В УПРАВЛЕНИИ РАЗВИТИЕМ ЭКОСТАТА
 
Это любопытно
УЧЕНЫЕ ПРИЗЫВАЮТ СПАСАТЬ ЗЕМЛЮ
 
Ссылки

 

КАПИТАЛИСТИЧЕСКОЕ СОРЕВНОВАНИЕ В БОРЬБЕ ЗА ВЛАСТЬ

 

В ПОИСКАХ ПРАВИЛ ИГРЫ
Томас Гоббс - выдающийся философ эпохи победы капитализма в Англии - описал состояние современного ему общества чеканной латынью: bellum omnes - война каждого против всех. Нынче капитализм побеждает в Украине. И на отечественных просторах бушует война в гоббсовом духе. Но при всех противоречиях между дерущимися действуют и достаточно мощные силы притяжения. Если претендуешь на что-то дефицитное, против тебя объединятся все, кому этот дефицит уже доступен. И ты сам поневоле сплотишься с жаждущими обладать тем же, что желанно и тебе.
При всех «успехах» развития капитализма в Украины преобладающим укладом является феодальный. Главный здешний дефицит - власть. Следовательно, главное у нас - капиталистическое соревнование между обладающими властью сегодня и желающими обладать ею завтра.

В 2004 году в Украине должна смениться власть. Через три с лишним года Л.Кучме предстоит сложить свои полномочия и уступить трон третьему всенародно избранному президенту. Имя его пока неизвестно.
События, которые происходили в последнее время, не просто привели к тому, что в Украине "смешались в кучу кони, люди", - они изменили политическую карту нашего государства. Более того, в стране стало другим соотношение между общественными субкультурами. И это даже более глубокая проблема, чем распыление партийных сил у левых и правых, которое мы увидим в ходе предстоящей президентской избирательной кампании.
Какие политические субкультуры существовали у нас до осени 1999 года? Одна, весьма ярко выраженная, - коммунистическая. Другая - та, что условно называлась демократической, вестернизированной, либеральной. Именовали ее по-разному, но все понимали, о чем идет речь: это те избиратели, которые выступали за реформы, за западный путь развития. Далее - избиратели-конформисты, то есть те, которые голосовали в любом случае за партию власти, кто бы таковой ни провозглашался. Наконец, был еще один электорат, или субкультура, которая ассоциировала себя с идеей державности, порядка, государственности.
Украинская политика издавна славна своей непредсказуемостью. Политик, который сегодня находится на вершине публичного успеха или аппаратного могущества, за два-три месяца может превратиться в жалкого маргинала. И обратный процесс(яркие примеры Ю.Тимошенко или Е.Марчук). Обижаться вовсе не на кого - таковы правила политической игры. Вне государственных структур, будь то правительство, администрация президента или парламент, политики не существует, а государственная машина, управляющая сегодня страной, выстроена исключительно под Леонида Кучму. А он (направляемый ближайшим окружением), между прочим, славен именно своей невыразительностью.
На самом деле вопрос даже не в том, кому передаст Кучма свои властные полномочия. Самое интересное - насколько изменятся правила игры: сохранится ли пресловутая непредсказуемость или новый политический курс будет предопределен на многие годы вперед. За последние полутора лет те, кто имел хоть какое-то отношение к власти, сделали все, чтобы курс был строго прочерчен и при этом был бы не новым, а продолжал по принципиальным политическим и экономическим позициям линию, взятую Л.Кучмой еще в 1994 году.
С одной поправкой - кто бы ни стал президентом, он будет вынужден бороться с региональными лидерами. Делать это будет трудно, потому что за эти годы главы регионов превратились из президентских назначенцев в маленьких царьков или удельных князей.
Пройдя через горнило региональных интриг, отстояв свое кресло или, наоборот, добыв его в тяжелой борьбе, каждый из них начал выстраивать местную властную вертикаль под себя. Это значит, что представители президента в областях подминают под себя местное самоуправление, деловые круги, СМИ. Политическое самоопределение на местном уровне все чаще обозначалось так: "крепкий хозяйственник, радеющий об интересах региона". В отношениях с Центром руководители областей полагались на чутье, позволяющее "крепким хозяйственникам" сойтись с киевским "настоящим хозяином". Процесс укрепления власти на местном уровне начался еще в 1996 году, а в уходящем 2000 - практически завершился. В результате в последние полтора года итог расстановки сил среди глав регионов стал в подавляющем большинстве случаев в какой-то степени предсказуемым.
Центральная власть, увидев, какой силой стали региональные начальники, поняла, что жизненно необходимым для сохранения основ государственности является восстановление собственной властной вертикали. Отсутствие у большинства региональных лидеров собственных серьезных материальных ресурсов лишало потенциальных противников Банковой настоящих возможностей бороться за власть. С теми же, у кого своих ресурсов было достаточно, власти пришлось вести серьезную борьбу. Что, собственно, и продемонстрировала кадровая политика АП после выборов 1999 года.
Однако Украина все-таки непредсказуемая страна. Предположить, что будет через два-три месяца, не говоря уже и годовом отрезке времени, практически невозможно. Падение уровня жизни населения, сбой в принятии бюджета-2001 или какое-нибудь еще неожиданное событие может серьезно пошатнуть кажущуюся столь устойчивой систему. Тем более что нынешнему режиму так называемое состояние мобилизации можно поддерживать только очень ограниченное время.
Номенклатура неисчерпаема и ее во все времена объединял набор неких общих признаков и атрибутов. Элита не заканчивается, она ретируется - в стране всегда был и будет "государствообразующий слой": чиновники, политики, челядь, политконсультанты и технологи. Все те люди, которых вне зависимости от их политических взглядов объединяют почти интимные вещи: мягкий шелест шин автомобиля, скользящего в поздний час по шоссе в Кончу-Заспу или Пуще-Водицу, казенный уют госдач, бой часов в служебном кабинете. Элита - это уклад жизни. Те, кто входят в номенклатуру, регулярно его воспроизводят. Опять же независимо оттого, к какой элите относятся. А сейчас элит много и номенклатура стоит на пороге новой ротации, характеристики которой во многом зависят от результатов предстоящих выборов - и парламентских, и президентских.
Все начиналось с того, что монолитную советскую номенклатуру (ее нельзя назвать коммунистической в строгом значении слова, потому что собственно коммунистических взглядов придерживались в слое высшего чиновничества далеко не все) резко разрушило быстрое начало реформ вначале 90-х годов. Сформировалась либеральная бюрократия, многие представители которой стремительно забыли о своих идеологических корнях и составили "человеческий капитал" олигархического капитализма: они много сделали для того, чтобы олигархи приватизировали государство, а чиновники - обюрократили олигархов. К тому же представители и нелиберальной, и либеральной государственных элит легко переходили в разряд элиты предпринимательской и наоборот. Этот процесс естественный, если учитывать особенности украинской экономики.
Понятно, что элита, в частности, после 1994 года - победы не коммунистического, хотя и не вполне либерального кандидата на выборах, - предпочла консолидироваться именно вокруг Кучмы. Это был первый реальный консенсус элит, сложившийся в большей степени на экономической основе, нежели на идеологической. Просто все делали деньги и формировали единый образ жизни в условиях относительной политической и хозяйственной стабильности. А если учитывать, что реформы не были закончены и для того, чтобы экономика не вычерпала свой слабый запас прочности, необходимо было их резкое и болезненное ускорение, консенсус элит оказался тормозом развития страны. Элиту устраивали ее собственная жизнь и благосостояние. Экономика страны по большому счету еще была в лесах, а консервация работ могла превратить реформы в классическую советскую "незавершенку". Так оно, собственно, и случилось. Заметим попутно, продолжается и по сей день.
Второй либеральный прорыв, разрушивший консенсус элит, был предпринят во время нынешнего короткого премьерства «младореформатора» Виктора Ющенко. Кроме верхушки либеральной бюрократии, которая еще не окончательно "заматерела" и не утратила политико-идеологических взглядов, ни одна из элитарных группировок положительно не воспринимает то, что он делает. Потому что новый старт реформ разрушал источники существования элит: ренту, которую они извлекали из своего околоправительственного положения, связей, остатков административных экономических механизмов, возможностей лоббировать те или иные решения. К власти пришла другая элита, со своими правилами игры и амбициями. Проблемы, которые за семь лет решались одним способом, вдруг стали разрешаться иначе.
Правда, модели "элита-2002" "элита-2004" в значительной степени может быть скорректирована, потому что есть еще несколько претендентов на формирование номенклатуры и политической бюрократии нового типа - в первую очередь политические лидеры новой генерации. Эти лидеры должны отвечать основным требованиям нового консенсуса - внеидеологичности, деполитизированности. И в то же время желательно, чтобы каждый из них дополнительно имел репутацию технократа и силовика. Эти качества в будущем будут более чем востребованы.
Не для кого не является секретом, что все преобразования в независимой Украине всегда носили верхушечный характер. (Больше того, по сию пору "внеэлитных" серьезных политических лидеров просто не существует). Любые изменения в стране  инициировались элитой, как правило, технократической по своему складу. Проводились ею же, поскольку у нее были политическая воля и власть. Но и тормозились тоже сверху, причем в результате очередного консенсуса - кадрового, содержательного, концептуального, круто замешенного на живых деньгах.
Консенсус никогда не был долговечным. Представители элиты всегда перебегали из одного клана в другой - в зависимости от политической и/или финансовой конъюнктуры. Когда смыслом борьбы элит оказывалось только удержание (захват) власти и сохранение (приобретение) всех атрибутов элитарности, кланы постепенно вырождались и оказывались малопродуктивными с точки зрения управления политикой и экономикой. Цели оказывались мелкие и корыстные, а от этого страдала огромная недореформированная страна. Боссы мерились величиной мигалок на джипах и длиной сопровождающих кортежей, а страна беднела, реформы, быть может, болезненные для этих самых кортежей, тормозились.
Ситуация выправлялась опять же верхушечным способом - путем смены, резкого обновления, иногда - омоложения элит, желательно без длительной и неэффективной ротации. Элита, проводящая ротацию, неизменно становилась главным врагом всех остальных кланов, заинтересованных в сохранении статус-кво. И потому ее положение оказывалось крайне неустойчивым. Быстро сгорел Пинзеник, попытавшийся сменить правила игры. Еще быстрее - Марчук. Положение Ющенко несколько более устойчивое. Но с его кланом не так просто сладить, потому что высокий политический рейтинг позволяет ему рассчитывать на более широкую, нежели клановую, поддержку со стороны самых разных сил - от руководителей регионов до правых и центристских партий. Поэтому он оказался живым символом элиты нового типа, обладающей, как старая элита, политической волей, но при этом вполне популярной и по-своему популистской.
То, что происходит сейчас, можно образно назвать войной элит. То, что целиком заполнило экраны телевизоров, полосы газет и журналов, о чем говорят и спорят, - это и вправду война. Но битвы, как это всегда происходило в Украине, верхушечные. Элиты воюют, и это война, в соответствии с латинской формулой, всех против всех.
Идут сражения между демократическими и правыми элитами, которые за редким исключением в разное время побывали во власти. А многие даже сотрудничали и находили общий язык, работая в одном правительстве. В то же время, кроме электоральной несовместимости у лидеров элит есть личные взаимные обиды. И, как ни странно, расхождения в идеологии.
Идеологические несовпадения редко играют решающую роль в войне элит. Нет фундаментальных идеологических разногласий между СДПУ(о) и НДП, администрацией президента и «Демократическим союзом». Потому что по сути своей это деидеологизированные структуры. Но объединяет и разъединяет их одно - желание сохраниться у власти и законсервировать статус нынешней «элиты» еще на несколько лет. Большинство же рядовых членов указанных структур просто выстраиваются под фактического лидера и ждут, совершенно не рассуждая о жизни в идеологических терминах, когда он станет президентом и начнется раздача постов, "слонов", дач и кляч.
Те же мотивы и у администрации. Хотя, если бы всерьез откровенно удалось поговорить о политике и экономике, скажем, с Литвиным или Гальчинским, выяснится, что у них есть глубоко запрятанные взгляды. Но это не означает, что политико-аппаратные, дворцовые интересы не превалируют над идеологическими убеждениями. Во всяком случае, в войне элит, и даже в ее риторике, это почти никак и практически никогда не проявляется. И все, буквально все, называют себя государственниками: У каждой элиты свое государство, своя домашняя часовенка...
Сегодня же, в Украине действительно можно наблюдать некое смешение субкультур, и поэтому, как кажется, под угрозой находится вообще партийная система, сложившаяся в 90-е годы. Контуры же будущей украинской политической системы пока не совсем ясны. Ясно лишь то, что в ней наверняка сохранятся два элемента. Это «элитная» партия власти, которая будет претендовать на роль доминантной политической структуры типа Индийского национального конгресса, Либерально-демократической партии в Японии или Институционно-революционной партии в Мексике. Точно останется - как реликтовая субкультура – социалистическая и коммунистическая партии. Что же касается возможностей сохранения всех остальных партий, то их присутствие на политической сцене страны может оказаться под вопросом.
Различные отростки власти, представляемые политическими блоками, могут претендовать на то, чтобы стать системной элитой на много лет вперед, выдавив из власти другую элиту. Никто не хочет уступить и превратиться в элиту-не-при-власти, а значит, в маргинальную группу. Поэтому война идет не на жизнь, а на смерть. Вплоть до самоуничтожения. Потому что разные элиты, взаимно победившие друг друга, могут уступить место коммунистам. Это сильно осложнило бы ситуацию в элитарных кланах. Но, скорее всего, ничего похожего не произойдет. И кланы еще сойдутся в "последнем и решительном" на президентских выборах.

 

ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ В СВЕТЕ СЪЕЗДА СОЮЗА ЛИДЕРОВ МЕСТНЫХ И РЕГИОНАЛЬНЫХ ВЛАСТЕЙ
Начало нового политического сезона в Украине убедительно продемонстрировало, что центральные органы государственной власти в ближайшем будущем столкнутся с необходимостью решения целого ряда вопросов, связанных с отношениями “центр-регионы”. 9 сентября 2000 г. в Киеве состоялся второй съезд Союза лидеров местных и региональных властей (СЛМРВ), влиятельной в Украине общественной организации, которая объединяет в своих рядах представителей региональных элит. Делегаты съезда рассмотрели значимые вопросы региональной политики, среди которых следует выделить проект государственного бюджета на 2001 год с предполагаемым Министерством финансов реформированием межбюджетных отношений, проект Концепции государственной региональной политики и др. Вполне объяснимо и присутствие на мероприятии первого вице-премьер-министра Юрия Еханурова и министра финансов Игоря Митюкова. Игорь Митюков в своем выступлении пообещал делегатам съезда, что доля местных бюджетов в проекте сводного госбюджета-2001 составит 36%, вместо ранее предлагавшихся 30%. Съезд, в свою очередь, потребовал от министра финансов увеличения чистого бюджетного трансферта, т.е. финансирования расходов местных бюджетов за счет государственного бюджета, с 3.4 до 6 млрд. гривен. Как показали события последних дней, вокруг предполагаемого Минфином реформирования межбюджетных отношений развернулось настоящее противостояние лоббистских группировок. Проект Министерства финансов предполагает выведение из полного подчинения областных бюджетов бюджетов городов со статусом областных и районных центров. Минфин также считает необходимым ввести практику самостоятельного формирования городских бюджетов и напрямую выплачивать им трансферты из государственного бюджета. В результате этого будет создано 682 бюджета вместо 27, которые существуют сегодня. Министр финансов Игорь Митюков небезосновательно считает, что реализация проекта приведет к демократизации межбюджетных отношений, которая позволит вывести бюджеты нижнего уровня из полной зависимости от представителей областной власти.
Согласно проекту, органы областной власти получат право анализировать и контролировать исполнение местных бюджетов, а в их распоряжение должны передаваться около 20% всех местных ресурсов. Такая радикальная реформа межбюджетных отношений затрагивает интересы многих представителей властных элит в Украине, а их реакция на предложения Минфина не заставила себя ждать. 6 сентября по итогам состоявшегося совещания по вопросам местного самоуправления, Первый вице-премьер-министр Украины Юрий Ехануров сделал заявление следующего содержания: руководители сельских и районных советов в Украине, а также председатели районных государственных администраций поддерживают предложения Министерства финансов относительно бюджета 2001 года, в то время как председатели облгосадминистраций и областных советов считают, что данные предложения значительно уменьшают роль облсоветов и обладминистраций в управлении бюджетным процессом, и отказываются их поддержать. По словам Еханурова, руководители областей считают, что в проекте бюджета должны быть четко выписаны функции областных советов и органов областной исполнительной власти при формировании бюджета на 2001 год. В тот же день председатель Национального совета Союза лидеров местных и региональных властей и одновременно губернатор Луганской области Виктор Тихонов заявил, что предусмотренное в проекте Министерства финансов финансирование регионов без участия областных администраций является “очень смелым” шагом со стороны Минфина. А член Национального совета СЛМРВ Владимир Тягло вообще считает, что проект госбюджета-2001 является еще более централизованным, чем во все предыдущие годы.
Президент Украины Леонид Кучма 11 сентября на совещании по вопросам подготовки проекта бюджета высказался в адрес инициаторов бюджетной реформы Игоря Митюкова и председателя профильного парламентского комитета Александра Турчинова еще более определенно: “Я не хочу, чтобы вы своим бюджетом из областей сделали сельсовет. Эта реформистская чесотка ни к чему не приведет”. Совершенно очевидно, что ликвидация тотального контроля со стороны областных органов власти над распоряжением бюджетными средствами является радикальным шагом в повышении уровня местного самоуправления в Украине, о чем уже неоднократно говорилось ранее. Однако одновременно это приведет к окончанию полновластия председателей областных органов власти, которые сегодня фактически являются наиболее сильными властными центрами в регионах страны. Именно они были фактическими инициаторами создания СЛМРВ, который принял активное участие в подготовке и проведении референдума по вопросу внесения изменений и дополнений в Конституцию Украины 16 апреля 1999 года. Не вызывает также сомнений, что приведенная выше позиция Президента Украины в определенной степени обязана влиянию со стороны региональных лоббистов, которых объединяет СЛМРВ. Предложения делегатов съезда СЛМРВ окончательно проясняют ситуацию. Лидеры областных органов власти будут стремиться увеличить бюджетные субвенции регионам при фактическом сохранении или незначительной корректировке существующей системы межбюджетных отношений.
Как уже говорилось выше, именно сохранение статус-кво позволит им с наибольшей эффективностью использовать свое монопольное положение в процессе распределения бюджетных средств в регионах. Кроме того, региональные лидеры стремятся закрепить и собственные политические позиции. Так, СЛМРВ является одним из инициаторов создания в Украине двухпалатного парламента. В его верхнюю палату, которая по версии СЛМРВ должна называться Советом регионов, будут избираться представители от органов региональной власти и местного самоуправления на основе равного представительства регионов. Они будут работать на непостоянной основе и могут быть отозванными. Полномочия Совета регионов предполагается сделать очень широкими. Среди них: утверждение законов, объявление о введении военного положения при наличии соответствующего предложения Президента, утверждение структуры и численности МВД, СБУ, Вооруженных сил. Совет регионов также будет давать согласие на назначение Генерального прокурора, председателя НБУ, Фонда госимущества, Госкомитета по делам телевидения и радиовещания. И это только часть полномочий Совета регионов. В свою очередь, лидер СЛМРВ Виктор Тихонов предполагает, что в процессе обсуждения и принятия соответствующих изменений в Конституцию и законы Украины полномочия верхней палаты будут корректироваться в сторону ограничения, однако даже простое их перечисление наводит на мысль о том, что региональные лидеры намерены всерьез взяться за управление страной. По сути, верхняя палата парламента, состоящая из представителей региональных элит, будет занимать наряду с Президентом ключевое положение в системе органов государственной власти. Концепция государственной региональной политики, обсуждение которой также стало одним из основных вопросов на съезде, в варианте СЛМРВ предполагает усиление президентской ветви власти. Однако, при сохранении существующих тенденций воплощение в жизнь предложений СЛМРВ будет означать не столько усиление позиций президентской власти, сколько безоговорочное усиление роли региональных лидеров в разработке и воплощении в жизнь всего комплекса государственной политики в Украине.

 

ВРЕДНОСТЬ ДРУЖБЫ СО ВСЕМИ
В ближайшие три месяца экономику Украины неожиданности не подстерегают.
Ставшие на ноги предприятия будут сохранять ощущения оживления. Даже, несмотря на то, что позитивные факторы, действовавшие после президентских выборов 1999-го года, в основном исчерпаны. Наметившийся в некоторых отраслях рост частных инвестиций - очень обнадеживающий симптом. И эта тенденция, по мнению правительства, вероятно, также будет сохраняться.
Однако дальнейшие перспективы выглядят не столь безоблачно. Над Украиной по-прежнему продолжает висеть угроза расчетов по внешнему долгу. Ввиду незавершенности реформ инвестиционный климат в Украине далеко не очень хорош, в том числе вследствие произвола бюрократии. Если в этой сфере не будет ощутимых перемен, не стоит рассчитывать ни на крупные отечественные инвестиции, ни на прекращение вывоза капитала, ни на приток капитала иностранного. А без этого не будет реальной структурной перестройки и подъема экономики.
Если нынешнее правительство В.Ющенко соблазнится спокойной жизнью, желанием со всеми жить дружно и никому не наступать на больные мозоли - словом, выберет инерционный путь развития, то уже не позднее 2003 - 2004 годов нас неизбежно ждет новый, еще более жестокий кризис. Сегодня крайне необходимо, вопреки распространенному мнению, не исправлять допущенные ошибки реформаторов, а активно продолжать намеченные реформы. Прежде всего, речь идет о ликвидации многообразных льгот и субсидий для неэффективных предприятий, в том числе из региональных и местных бюджетов (что КМУ и пытался продемонстрировать в последнее время). Далее необходимо решительно расчистить места для свободной конкуренции, пора действительно покончить с исключительным капитализмом "для своих". Нужно защитить приоритет права, повести решительную и реальную борьбу с коррупцией.

 

РЕФОРМИРОВАНИЕ ИНСТИТУТОВ ВЛАСТИ
В условиях ограниченных ресурсов приходится выбирать между потери Украины в качестве самобытного государства и ограничением демократии
В будущем, в Украине неизбежно произойдет смена если и не всей политической системы, то уж режима власти точно. Кто бы ни стал президентом, перед этим человеком будет стоять ключевая проблема - реформирование институтов государственной власти.
Продолжать "царствовать, лежа на боку", как это делает Леонид Кучма, просыпаясь в нужный момент и спросонья (скажем мягко) казнить и миловать, гневаться и произносить покаянные речи? Такая стратегия имеет плюсы, точнее, приятные стороны. Но ее функциональность строго ограничена во времени. Эта стратегия была возможной как способ прихода к власти в период распада ССCP, она же была успешной как способ удержания власти в период полураспада украинской государственности и глобального передела собственности. Нерешительность действительно является одной из сторон Л.Кучмы, чертой его характера, позволяющей, как ни парадоксально, пока сидеть на троне и даже крепко спать на нем.
Сталкивая лбами целые ветви власти, различные элитные группировки, приближая одних и отправляя в политическое небытие других, Кучма нередко впадал в очередной президентский анабиоз. Кажется, Леонид Данилович зачастую полагался на провидение или на очередного временщика в правительстве.
Если сон разума порождает чудовищ, то, что рождается во сне, когда разум отсутствует изначально, представить сложно. Все превращается в хаос, в шутовство, в бесконечный маскарад. Но фиеста закончилась. Под добрыми масками хрюшек и заек оказались даже не монстры, а призраки. Призраками обернулись и отдельные политики, и целые партии, идеологии и социальные движения. Вряд ли с ними будущему президенту можно будет продолжать водить целые хороводы.
Кучмовская стратегия себя полностью исчерпала уже к концу 2000 года. Предстоящий уход Леонида Даниловича - не просто политическая рокировка, но и неизбежная смена стратегии. Колыбельная, спетая хором, скоро превратится в политический реквием. У будущего президента совсем не остается времени на апробацию иных стратегий, кроме стратегии, которую должен воплощать настоящий глава государства, - создание жесткой вертикали власти. Вряд ли верно и корректно, хотя бы по отношению к другим кандидатам, говорить, что на президентских выборах новому президенту не будет существовать альтернативы. Совершенно ясно только то, что политический декаданс как стиль власти себя уже исчерпал в силу исчерпанности внешних и внутренних ресурсов.

 

ПЕРЕГРУППИРОВКА СИЛ В УКРАИНЕ
События последних двух месяцев актуализировали проблему внутриэлитной борьбы как в рамках парламентского большинства, так и вне парламента. Прогнозировавшаяся бурная политическая осень, начавшаяся в конце августа с конфронтации между правительством и его оппонентами, полностью вступила в свои права.
Знаковыми событиями, ознаменовавшими наступление "политической осени", стали следующие. Отклонение Верховной Радой проекта постановления о перенесении на сентябрь отчета КМ о подготовке к осенне-зимнему сезону. Инициатором перенесения стала фракция "Возрождение регионов". "Диалог в эфире" и мягкий обмен политическими "уколами" между представителями непартийной и партийной бюрократии. Первую представил Глава Администрации Президента В.Литвин, вторую – зампредседателя ВР В.Медведчук. Несмотря на корректный обмен мнениями, внутреннее напряжение в существующих политических отношениях ощущалось. Охлаждение отношений между некоторыми ранее незыблемыми политическими субъектами. На прошлой неделе мы сообщали о конфликте в НДП. Одновременно последнее время муссируется тема противоречий в ряде др. партий, в т.ч. СДПУ(о). Возвращение А.Лавриновича во фракцию Народного Руха. Данное событие достаточно подробно описывается в одном из следующих материалов нынешнего выпуска. Инициирование Госрезервом уголовного дела против АО "Укртатнафта". Последняя обвиняется в задержке с передачей оплаченных нефтепродуктов на общую сумму 149,7 млн.грн.
Смысл нынешней политической структуризации заключается в следующем. Образование в начале года парламентского большинства, утверждение с помощью данного механизма ряда основополагающих законодательных актов – проекта изменений в Конституцию, Налогового, Бюджетного, Земельного кодексов и др. (кстати, большинство из них приняты в первом чтении) – позволили структурировать действующие политические силы в том смысле, что из процесса политических согласований были исключены антисистемные силы. И все высказывания относительно того, что существующее в ВР большинство непрочно, раздираемо внутренними противоречиями, не могли изменить того факта, что процесс политической структуризации реально начался, отойдя от первоначальных мифологических формул "левые-правые" и "государственники - просоюзные силы" и детерминируясь реальными политическими (бюрократическими) и экономическими интересами. Более того, в данной ситуации, чтобы сохраниться на политической арене, даже антисистемные силы вынуждены были бы идти на кардинальное изменение политической идеологии и тактики. В частности, об этом свидетельствовали в т.ч. создание Социалистической партией с некоторыми оппозиционными правоцентристскими силами избирательного блока, что давало ей хоть какие-то призрачные шансы на прохождение в будущем в парламент, а с другой стороны, процесс создания некоторыми деятелями из КПУ союзов с правыми и правоцентристами (например, объединение "За Украину"). Однако в дальнейшем процесс политической структуризации был заторможен тремя факторами:
-              ограничением политической структуризации узким слоем элит, представленных в парламенте исключением части влиятельных системных политических сил (структур президентской власти, подчиненных главе государства ведомств;
-              в основном силовых структур, а также большинства региональных элит) из процесса политической структуризации; Незаинтересованность в таком развитии событий данных политических элит заставило последние искать пути торможения процесса "консолидации демократии" (что означает – консолидация парламентских элит). Была предпринята попытка ослабить руководство фракций большинства путем раскола фракций. Таким образом, возникла "Солидарность" П.Порошенко (путем выхода из СДПУ/о/), ослаблялось влияние А.Волкова, была сделана попытка расколоть "Трудовую Украину" и т.д.;
-              непроведением вовремя внеочередных выборов, которые укрепили бы процесс исключения из политической жизни антисистемных сил, а также существенно бы продвинули политическую структуризацию внутри реформаторских политических сил; Подобные "закрепляющие" победу демократии внеочередные выборы стали естественными для многих восточноевропейских стран.
Например, что касается Болгарии, после падения правительства социалистов там моментально были проведены внеочередные парламентские выборы. Смысл подобных выборов состоит в том, что в условиях радикального изменения соотношения политических сил (а в Украине эту роль сыграла победа Л.Кучмы на президентских выборах и создание так называемого парламентского большинства) ранее избранный парламент более не отражает реальной расстановки сил и настроений общества, а потому его перевыборы необходимы для закрепления перемен. В принципе, референдумная инициатива Президента давала принципиальную возможность провести такие выборы в условиях высокой вероятности того, что народ высказал бы недоверие ВР, останься первый вопрос в числе референдумных. В контексте такой возможности перевыборов весьма интересна весенняя инициатива партии "Демократический союз" по проведению партийных выборов с одновременным снятием барьера для прохождения в парламент. Такое снятие автоматически приводило бы к тому, что ослабившие влияние антисистемные силы получили бы максимум столько процентов мандатов, сколько бы завоевали голосов (в 1998 г. они увеличили число мандатов за счет того, что часть правых и центристских сил не преодолели барьер). В этом же направлении оказал бы своё действие и фактор возросшего административного влияния на ход выборов. В результате исключение антисистемных сил из политической жизни получило бы дальнейшее развитие. Однако на пути данной инициативы встала Европа, по сути, благодаря давлению которой любая возможность закрепляющих демократию перевыборов была блокирована:
-              финансовым положением страны, которое не позволяло расходовать деньги на новые избирательные кампании (учитывая, что на референдум также были потрачены значительные средства);
-              формированием правительства, монополию на которое в конце концов получила одна из элитных групп, вовлеченных в процесс политической структуризации. Это вызвало закономерные протесты тех политических сил в большинстве, которые вместе поддержали процесс назначения Премьера, однако не получили политических дивидендов.
В результате противоречия между составляющими большинства стали не менее острыми, нежели когда-то между системными и антисистемными силами. В результате действия этих факторов возможность развития процесса политической структуризации по неантагонистическому, некризисному варианту была утрачена. Интересно, что уже летом лидеры "Демсоюза" прекратили предлагать указанные выше варианты, ведь ситуация перешла в качественно новое состояние. Ослабевшее в результате объективных и указанных субъективных факторов большинство допускает ряд принципиальных ошибок. Первым симптомом стала неспособность консолидировать силы и отправить на экспертизу в Конституционный Суд президентский проект изменений в Конституции, а также решение направить как президентский, так и оппозиционный проекты. Наконец, процесс "полураспада" стал особенно зримым после того, как парламент не утвердил ряд проектов решений, ранее согласованных лидерами фракций. Речь идет об отклонении проекта постановления об освещении сессии ВР в редакции профильного Комитета вместе с одновременным утверждением проекта А.Мороза, а особенно о несогласии парламента перенести на нынешнюю неделю отчет КМ (до этого планировался на первую декаду октября) о подготовке к осенне-зимнему периоду. Инициатива эта была выдвинута "Возрождением регионов" (А.Волков) и вначале лидерами большинства поддержана. Окончательное решение парламента не вносить соответствующие изменения в повестку дня вызвала резкую реакцию г-на Волкова. На пресс-конференции он заявил, что реально большинство на сегодня насчитывает чуть более 160 депутатов. Одновременно некоторые комментаторы хода парламентских процессов заметили, что для того, чтобы достичь необходимых для имплементации результатов референдума 300 голосов необходимо привлечение депутатов из левых фракций.
 Какие из вышесказанного вытекают выводы:
1. Возможность развития внутрипарламентских событий по "мирному" варианту, в т.ч. утверждение президентского проекта изменений в Конституции, маловероятна. Поэтому не исключено, что основным вопросом сессии может стать новый избирательный закон.
2. Создавшаяся ситуация оставляет поле для реванша тех вышеуказанных политических сил (президентские и силовые структуры, региональные элиты), которые в начале года не были включены в процесс политической структуризации элит. Субъективной предпосылкой к тому является союз ряда ведущих деятелей Администрации Президента и некоторых руководителей силовых структур. В принципе по сравнению с возможностью наступления политического хаоса (особенно если парламент не утвердит изменения в Конституции и новый избирательный закон) такой вариант, естественно, предпочтительней. Однако нюанс состоит в том, что в этом случае начнется борьба за политические позиции между самими силовыми структурами, а также между ними и региональными элитами, что чревато "разборками" как в Киеве, так и в регионах. В условиях нарастающего давления со стороны России это крайне нежелательный вариант развития политических событий.
3. Возможный раскол в большинстве может породить шансы на возвращение антисистемных сил в процесс политических согласований. Весьма характерно, что 13.09.2000 г. о предстоящей подаче своего варианта имплементации результатов референдума заявила фракция КПУ в лице лидера партии. Г-н Симоненко сообщил, что за президентский проект фракция голосовать не будет, т.к. в него не внесены все рекомендации Конституционного Суда. В условиях раскола часть большинства может и поддержать левых, что в совокупности с указанным в предыдущем абзаце грозит нарастанием новой конфронтации между законодательной и исполнительной властью.
4. В настоящее время существует достаточно широкое поле вариантов развития политических процессов. Однако, если лидеры фракций большинства не смогут, умерив амбиции, попытаться договориться как между собой, так и с умеренными левыми, то наиболее вероятным вариантом станет изоляция ВР на политической арене. Какие формы примет этот процесс (с роспуском или без него, с задействованием Конституционного Суда или нет, и т.д.), зависит от множества субъективных факторов, не исключая и фактора самых разнообразных слухов, ныне распространяемых в стране.

 

КРИЗИС УКРАИНСКОГО ПСЕВДОЛИБЕРАЛИЗМА
Но возможно ли выстраивание жесткой вертикали власти в контексте поролоновой идеологии и агрессивного противостояния различных групп, и если возможно, то каков механизм выстраивания? Возможно ли в среде идеологического кризиса и фантомных угроз построение режима личной власти, диктатуры, которой так стало модно пугать самих себя?
Для того чтобы ответить на эти вопросы, необходимо описать ключевые противоречия нового этапа социально-политического развития страны. Начнем с идеологического кризиса, к которому привел либерализм, претендующий на всеобщее понимание, а значит, бесконечный диалог, в процессе которого маргинализируются, стираются идеологические экстремы и оппоненты легко меняются местами. Либерализм с его культурно-относительными понятиями свободы, равенства и братства скорее процесс, квазиидеология.
Вольтеровский принцип "я с вами не согласен, но готов отдать свою жизнь за то, чтобы вы смогли высказать свое мнение" на деле превращается в тонкий манипулятивный инструмент, когда процесс обмена множеством мнений (плюрализм) в конечном итоге размывает оппозиции и превращается в монолог. В этих условиях невозможно появление структурообразующих идей.
Любое выстраивание идеологической системы моментально купируется либерализмом. Отличные от либеральных идеологемы маркируются как антигуманные и делегитимизируются. (Прекрасный пример тому - недавние события в Австрии с правящей партией, возглавляемой Хайдером.) Либерализм не допускает даже декларации национальной, государственной, религиозной идеи как структурообразующей. Она будет маркирована как тоталитарная (фашистская, коммунистическая, фундаменталистская) и антигуманная, то есть несущая угрозу человеческой жизни, человеческой цивилизации. Следующим шагом будет уничтожение этой идеологии.
Сегодня либерализм делает возможным единственную легитимную политическую систему - демократию. Демократия как политическая система определяется через категорию выборов. По классическому определению Хантингтона, политическая система является демократической в той мере, в какой наделенные высшей полнотой власти лица, принимающие решения, касающиеся всех граждан, выбираются на должности в результате состязательных и периодических выборов.
Но в условиях псевдолиберальной идеологии проблематичной становится сама возможность выбора. Выбор предполагает конфликт, а он устраняется либерализмом с помощью механизмов гуманитарных, политических и информационных технологий. На месте возможного реального конфликта в политическом пространстве создается некий виртуальный. Отчужденность человека от власти через средства масс-медиа дала возможность украинской власти манипулировать сознанием с помощью выстроенных информационных образов. Мы уже давно выбираем не носителей определенных идей, на основании которых и принимаются управленческие решения, а информационный образ, который выстраивается в рамках количественно значимых ожиданий. Таким образом, основной задачей масс-медиа становится формирование этих ожиданий, а затем и воплощение их в образе того или иного политика, политической партии, общественного движения. В этих условиях возникает онтологический кризис демократии как политической системы, поскольку устраняется какая-либо возможность реального выбора.
Следовательно, современная развитая демократия может существовать только в гомогенной идеологической и социальной среде, в которой устранены или локализованы открытые конфликты. В свою очередь, это предполагает наличие высокоразвитой экономики, а значит, высокого уровня жизни, стирающего социальные и культурные противоречия, это предполагает и наличие эффективных государственных институтов, в том числе и силовых, способных подавлять угрозы общественному согласию. К сожалению, в украинском обществе этих компонентов просто нет. Демократическая система, развивающаяся в достаточно агрессивной среде, неизбежно перерождается в криминальный беспредел, разъедая сами основы основ нашей государственности. Процесс демократизации в агрессивной социальной среде неизбежно приводит к возникновению жестких политических структур, способных оптимизировать на каком-то этапе социально-экономические отношения.

 

ЗАЧАТОЧНОЕ СОСТОЯНИЕ ПАРТИЙНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА В УКРАИНЕ
Не так давно в политической жизни страны произошло событие, достаточно незаметное по масштабам, но весьма показательное по своему характеру. СДПУ(о), считавшаяся до недавнего времени "партией власти", выступила с обращением к политическим силам страны "в связи с наступлением местной номенклатуры на политический плюрализм". Как сообщает Интерфакс-Украина, поводом для обращения послужила публикация в газете "Столица" коллективного письма 27 руководителей областных администраций, которые выступили с предложением приостановить членство в партиях. СДПУ(о) призвала к созданию Координационного комитета политических партий с целью противодействия наступлению отдельных представителей местных властей на партийное строительство в Украине. Обращение эсдеков поддержала НДП, бывшая несколько ранее "партией власти". Действия, направленные на департизацию власти, входят в противоречие с позицией Президента Украины Леонида Кучмы, который неоднократно высказывался о необходимости ускорения политического структурирования общества, повышения роли политических партий в развитии демократии, формирования гражданского общества, считает НДП.
В факте совместного обращения этих партий есть некоторая ирония судьбы: НДП на посту "партии власти" сменила СДПУ(о), а теперь, похоже, "сменяют" ее. Очевидно, что 27 администраторов вряд ли стали бы проявлять столь радикальную инициативу в наши неспокойные времена. Поэтому первый и самый очевидный вывод состоит в том, что некоторые приближенные к власти политики оттесняются администрацией. Впрочем, если дело было бы только в этом, писать о данном заявлении не стоило бы. Свойства тенденции и "граблей" из заголовка придает событию слово "департизация". Таким образом, и СДПУ(о), и НДП признают, что ранее власть была "партизирована" и именно этими партиями. Правда, никто не припомнит никаких триумфальных побед упомянутых партий на выборах, которые бы позволили говорить о естественности этого процесса: выиграл выборы — получи власть. Более того, обе эти партии вместе получили на выборах всего лишь около 10% голосов и только через год с трудом в союзе с другими силами сумели создать большинство в парламенте. Следовательно, "партизация" произошла обычным, административным (как говорится в заявлении, номенклатурным) путем. Процесс этот начался во времена НДП, когда должностных лиц местных администраций буквально силой "вступали" в эту партию. Тогда это было одним из способов борьбы НДП с премьером Лазаренко. В дальнейшем тот же метод использовала СДПУ(о). Оба раза "партизация" происходила благодаря личной близости лидеров партий к руководству государства. Но, как пел Гребенщиков, "можно быть рядом, но не ближе, чем кожа". Иначе говоря, администрация и есть та самая "кожа" системы, ближе которой не может быть ни один партийный лидер. Особенно очевидно это стало после истории с расколом НДП, когда тогдашние партийные лидеры проявили "непредсказуемость" (запрограммированную, нужно сказать, самой логикой партийного строительства). Поэтому то, что происходит сегодня, — вполне закономерное явление, и даже если у нас вдруг появится новая "партия власти", ее ждет такая же судьба.
Единственным выходом из ситуации как для СДПУ(о) с НДП, так и для всех остальных является существование в режиме обычной партийной системы, присущей развитым странам, когда положение партии определяется результатами выборов в парламент и местные органы власти. Иначе говоря, чиновники в этом случае будут не "заводиться" сами собой, а занимать свои должности только через партии. Тогда никакой администратор не посмеет призывать к "департизации", поскольку он будет обязан партии своим положением. Сегодня наши партии можно сравнить с кораблями без воды. Их деятельность не имеет главного смысла существования — власти. В лучшем случае они могут "попасть" в парламент, но для того, чтобы партийная система имела смысл, партии должны формировать исполнительную власть, как это имеет место во всех развитых странах.

 

"НЕ ПОДРАЖАТЬ ПЛИНИЮ, А ВЫРАВНИВАТЬ ЛИНИЮ"
Прежде всего, встает вопрос о допустимой жесткости в сложившейся ситуации. Вряд ли эта жесткость сейчас по-настоящему возможна в идеологии, экономической и социальных сферах. Для этого в Украине не хватает материальных, организационных, да и психологических ресурсов. Наибольшего успеха при минимальной мобилизации возможно добиться в изначально структурированных сферах. Этими взаимосвязанными сферами, в первую очередь, являются институты государственной власти и право.
В этом направлении должен быть предпринят ряд успешных тактических шагов. Во-первых, необходимо оптимизировать сам институт президентства. В лице нового президента должен создаваться образ волевого политика, способного самостоятельно принимать решения. Действуя с позиции силы, новый глава государства должен будет готов идти на неизбежный компромисс.
Следующим шагом станет выстраивание оптимальных отношений по линии президент – Верховная Рада. Не будем останавливаться на известных механизмах построения этой линии, не отличающихся политкорректностью, но и не нарушающих открыто конституционные нормы. Но представляется, что и фигура председателя ВР, несомненно, должна будет обладать надпартийным, государственным мышлением и будет не только учитывать интересы института президентства, но сможет и адекватно аккумулировать и отстаивать перед президентом интересы Верховной Рады. Это в дальнейшем, несомненно, благотворно скажется на законодательном процессе в целом.

 

ДЕМОКРАТИЯ И ЦЕНТРАЛИЗМ
Итак, подведем некоторые итоги попытки описать сложную, многофакторную социально-политическую ситуацию в Украине и спрогнозировать ее дальнейшее развитие. Налицо кризис незрелой украинской демократии, родившейся и развивающейся в агрессивной, наполненной острыми противоречиями среде. Одним из самых острых противоречий, на наш взгляд, является противоречие между либеральной идеологией и демократией, с одной стороны, и специфическими интересами украинских регионов - с другой. Это противоречие породило оппозицию, усугубляющуюся этноконфессиональными и/или экономическими различиями регионов. Усугубление этих противоречий, перерастание латентных конфликтов в открытые, несет угрозу украинской государственности в целом и ее демократическому устройству в частности.
В условиях ограниченных ресурсов приходится выбирать между угрозой потери самостоятельности Украины и ограничением демократии. Выбор очевиден. Возникновение жестких политических структур в этих условиях становится болезненной, но необходимой реакцией государства.
В то же время в условиях многофакторных и разноуровневых противоречий неэффективной представляется построение жесткой вертикали власти. Попытка такого построения лишь обострит имеющиеся противоречия. Диктатура, режим личной власти - фантомные угрозы. Для возникновения диктатуры в Украине действительно существуют некоторые экономические и идеологические предпосылки. Но отсутствует субъективный фактор - человек, способный эту диктатуру осуществить. Демонизация образа нынешнего президента его окружением неадекватна складывающейся ситуации.
Одна из самых знаменательных сил, которая в этом плане «работает» на Кучму - «директор-распорядитель ВР» - один из очень немногих украинских политиков, неизменно именуемый «олигархом»: Александр Михайлович Волков. Мрачная легенда отечественной политики, которого некоторые именуют «главным серым кардиналом Украины». Полная самоликвидация совести, большие финансы, безграничное влияние на президента ... Хотя вообще-то слухи о его всемогуществе изрядно преувеличены. Своих денег у него сегодня уже не так уж и много: правда, их до некоторой степени заменяет искусство вовлекать в свои планы всех, до кого можно дотянуться. Волков слишком верит в себя, чтобы прислушиваться к остальным. Оттого и планы его далеко не всегда безошибочны. Верных союзников нет: подкупленных менеджеров и журналистов того и гляди кто-нибудь обязательно перекупит...
И все же мощь Александра Михайловича не так уж мала. Финансовые потоки государственных и полугосударственных компаний протекают столь близко от его карманов, что брызги этих потоков щедро орошают нивы, где зреют его планы. А трудолюбиво выстроенная империя СМИ готова рвать глотку любому, кто на эти потоки посягнет. Но главная сила великого интригана - в его главной слабости. Весь бизнес Волкова строится на всеобщей вере в его близость к высшей украинской власти. Стоит этой вере пошатнуться - прикормленные менеджеры отвернутся, финансовые потоки хлынут в иные русла... Словом, олигархическая империя Волкова в одночасье рухнет.
Отступать главному отечественному пугалу некуда. Прочие игроки могут себе позволить отойти от колеса украинской политической рулетки: пусть кое-что проиграно - осталось тоже немало! Волков каждый раз кидает на стол все фишки. И проиграть может только все сразу. Даже больше, чем все. Такие ставки совсем не для слабонервных людей. Скромный бывший директор овощной базы обретает высшее мужество - мужество отчаяния. Перед яростью загнанной в угол крысы отступают грозные волкодавы. Еще недавно главными оппозиционными силами считались КПУ и ПСПУ. Сегодня они уступают передовые позиции в сражении с аппаратом Банковой новым оппозиционерам. А сами подражают обезьяне из китайской сказки - сидят на холме и ждут, пока тигры в долине загрызут друг друга. Похоже, за решетками украинского политического зоопарка после похорон тигров останутся сплошные обезьяны.
Идеологическая размытость современного постиндустриального общества не дает возможности консолидации общества и элит вокруг идеологии. Попытки консолидации в современном обществе вокруг национальных идей ущербны. Поиск украинской идеи в качестве государственной выглядит пока сомнительным в нашей стране. В полиэтничном обществе подобное идейное строительство не несет структурообразующего заряда, а скорее, наоборот, представляется разрушительным. Это же относится и к другим национальным доктринам, которые необходимо или маргинализовать, или, если они проявляются в экстремальных формах, уничтожить.
Уже ясно, что не остается реальной надежды и на ресурсную помощь Запада. В то же время Запад не заинтересован и в социальных потрясениях и развале страны, как это полагают некоторые. Хотя и готов воспользоваться случаем. Реальная задача Украины и ее будущего руководства - сделать такую ситуацию невозможной. Так что для развития гражданского общества в Украине в настоящее время не существует серьезной угрозы ни со стороны власти, ни со стороны идеологии, ни со стороны Запада.
Актуальным же в перспективе представляется конфликт между Центром и регионами. Распутывание этого конфликта возможно через оптимизацию институтов государственной власти президент - Верховная Рада - Кабмин. Насущным в этой триаде представляется поэтапное реформирование правовых полномочий и поиска компромисса между Центром и регионами. Выравнивание конституционного поля также благотворно скажется на всей социально-политической и экономической ситуации в Украине.
Таким образом, можно сказать, что существующая оппозиция между демократией и региональными, клановыми, этническими и другими групповыми интересами разрешима на пути движения к подлинной государственности. И хотя ожидается и уже происходит ограничение демократических институтов, позитивный потенциал демократии еще очень велик.

 

СТРАХ КАК ПУДРА ВЛАСТИ
Давайте немного пофантазируем и рассмотрим даже самые невероятные сценарии развития событий в Украине.
В 30-е годы один из теоретиков "западного марксизма" Эрих Фромм, наблюдая за становлением фашизма в Германии, пришел к выводу, что форсированное введение капиталистических отношений порождает массовую потребность в "бегстве от свободы". Рыночные порядки, проникая в общество, разрушают старые связи. Раньше люди были несвободны, но защищены. Путы, которыми они были связаны, воспринимались как естественные. Стремительное введение капитализма освобождает людей, но в то же время оставляет их наедине с мощными, не подконтрольными им силами. Падают курсы валют, разоряются предприятия, постоянно меняются правила игры. 
Возникает потребность вернуться в прошлое, снова обеспечить защиту, стабильность, предсказуемость - даже ценой отказа от свободы. В этот момент на сцену выходит диктатор. Но прошлое вернуть невозможно. Да никто и не собирается. Бегство от свободы не приводит к восстановлению безопасности и утраченных социальных связей. Их вообще невозможно восстановить. Можно создать новые, можно, по мнению Фромма, найти альтернативу рыночной стихии на основе демократии, но нельзя вернуть "золотой век". Возврат оказывается сугубо идеологическим, пропагандистским. 
Верна или нет была фроммовская трактовка фашизма, но сегодня его книга читается так, будто написана именно про нас. Вовсе не исключено, что в таких условиях, власть уловит потребность масс в ощущении безопасности и заботы и может сделать все необходимое, чтобы СОЗДАТЬ ЭТО ОЩУЩЕНИЕ. Именно ощущение, ибо для того, чтобы гарантировать безопасность граждан и заботу об их социальных интересах, в новых условиях нужно принципиально иное государство, нужна радикальная смена элит и структур. 
Нынешний возврат к "советскости" может произойти на основе измененной идеологической начинки, когда социалистические и коммунистические идеалы будут заменены патриотической риторикой. Так хотят некие заказчики, которым надо среди прочего защитить свою награбленную собственность от любых "социалистических экспериментов". Но из этого ничего не получится просто потому, что "советский патриотизм" имел определенное социальное содержание. Такого содержания сегодня нет. 
Будущее неизбежно чревато неприятностями, и главная неприятность для Банковой в том, что рано или поздно наступит пора, когда придется хоть что-то делать. В такой момент пассивность может смениться судорожными и конвульсивными действиями, от которых всем, включая начальников из АП, станет только хуже. Власть начнет принимать случайные и безответственные решения. Лепили собирательный образ положительного героя, а получиться может монстр Франкенштейна. Кстати, монстра тоже, как известно, собрали по частям из подручных средств, заодно пытаясь воскресить то, что уже умерло. А получилось то, чего никто не хотел. 
В подобной обстановке самая простая защитная реакция - завинчивание гаек. Это же и привычный «славянский метод управления». Пока экономисты с подачи Ющенко или другого премьера  будут спорить о "мере применимости либерализма и эффективности проводимых реформ", политики введут семилетний президентский срок, а возможно, и аналогичный срок для тех, кто оскорбляет президента. Сольют воедино разрозненные спецслужбы, укрепят телевидение. Короче, когда люди устанут ждать экономического чуда, они обнаружат, что власть в очередной раз "укрепилась". Надо думать, что все – и поклонники свободного рынка, и сторонники государственного сектора будут сильно разочарованы. Но самое интересное, что даже люди, заявившие в социологических опросах, что хотят сильного государства, непременно почувствуют себя обманутыми. Они же хотели, чтобы милиция ловила воров на улицах и «поприжала братву» на рынках. А в ответ получат службу госбезопасности, которая будет тщательно контролировать информацию, посылаемую по электронной почте, и портить наши и без того ужасные телефонные линии, навешивая на них бесчисленные «прослушки». Число милиционеров в Киеве, уже превысившее суммарную численность полиции в некоторых европейских столицах, можно будет еще немного увеличить. В спецслужбах провести очередную реорганизацию, в результате которой работать они станут еще хуже, но зато политически станут более лояльными правящему режиму и разоблачат не один государственный или конституционный переворот. 
Однако бестолково закручивать гайки – как правило означает сорвать резьбу. Будет ли развиваться такое государство - остается только гадать. В любом случае скучно гражданам Украины не будет. 
А виноваты, как всегда, окажутся во всем социологи. Надо было точнее формулировать вопросы. Да и гражданам стоило бы лучше продумывать ответы. Потому что получается, как в анекдоте про джинна, который выполняет желания так, что заказчику остается только горько сожалеть о сказанном. Другое дело, что с нынешней властью, как с джинном, лучше и не играть в "исполнение желаний". Тут должен действовать иной принцип: не верь, не бойся, не проси. 

 

СЕНТЯБРЬ 2001
 
< Пред.   След. >

 16.09.2007 20:59